– Бабуль, можно я к тебе сегодня заеду? Ты не занята? — в голосе внучки Ольга Викторовна услышала тревогу.
– Конечно, Машенька, приезжай! Для тебя я всегда свободна.
– Тогда я сразу с работы, хорошо?
– Отлично! Буду ждать. На ужин, как всегда — сырники?
– Конечно! Лучше тебя их никто не готовит!
В 19.00 раздался звонок в дверь. Ольга Викторовна пошла открывать.
– Здравствуй, милая, — она обняла внучку, расцеловала, — у нас что-то случилось?
– У нас — нет, — Маша скинула туфли, направилась в ванную мыть руки.
На ходу проговорила:
– Мне просто необходимо с тобой поговорить, а то у меня голова лопнет…
– Ничего себе, — бабушка, скрывая волнение, уже накладывала сырники в тарелку, поливала сметанкой, — только уговор: пока не поешь, ничего рассказывать не будешь. Договорились?
– Ага, — кивнула Маша, с аппетитом поглощая любимое блюдо…
– Ну, начинай, — улыбнулась бабушка, надеюсь, ты не собираешься сообщить мне что-то ужасное…
– Вообще-то собираюсь, — Машу смутила бабушкина проницательность, — ну, может не ужасное, но очень странное…
– Я тебя слушаю, — Ольга Викторовна превратилась в само внимание.
– Значит так, — начала девушка, — сегодня с самого утра начались непонятные вещи. Планировалась куча работы, но наш директор Олег Олегович внезапно передумал. Отменил все встречи, отложил обсуждение проекта, сказал, что каждый может заниматься своей текучкой. И все это после того, как всего на несколько минут с самого утра он уединился в своем кабинете.
Когда вышел, на нем лица не было…
– Это откуда? — спросил он, показав нам какую-то бумажку.
Катька, коллега моя, самая смелая. Она подошла, взяла бумажку из дрожащих рук директора и прочитала вслух:
– Сегодня — последний день твоей жизни.
У бедной Катьки глаза на лоб полезли, а Олег Олегович снова спросил, ты бы слышала каким голосом:
– Это шутка такая, коллеги?
Все промолчали. Было явно видно, что люди совершенно растерялись.
– Да вы что, Олег Олегович, — сказал кто-то, — разве такими вещами шутят?
Директор помолчал. Ушел в кабинет.
Мы даже говорить об этом не могли.
Через несколько минут он вышел, все планы на день отменил, распорядился, чем мы должны заниматься и в конце тихо сказал:
– Я отъеду по делам. Вы, ребята, простите меня, если обидел кого… Правда — не хотел…
Потом развернулся резко и ушел.
– Впечатлился человек, — задумчиво сказала бабушка, — шутка, действительно, жестокая…
– Погоди, это еще не все! — воскликнула Маша, — это только начало! Короче: поехал наш директор с родственниками и друзьями прощаться.
– Откуда ты знаешь?
– Так его же шофер возит. Он прекрасно знает, где у Олега Олеговича кто живет. Он нам и позвонил, пока директор у матери был. Пока к ней ехали, Олег Олегович говорил, что ничего путного за день он сделать не успеет. Поэтому хотя бы повидает всех, попрощается, прощения попросит.
– Молодец. Мудрое решение, — сказала Ольга Викторовна с одобрением.
