— Не езди туда больше, каждый раз до утра приходится! — Тома даже всхлипнула от досады.
— Родная, ну как не ездить-то? Это же работа! — уговаривал Петя, — А у них, вот так тут все устроено… Сначала разгрузку ждешь, потом на погрузку встать надо, а там и смена закончилась… ты не расстраивайся! Завтра уже дома буду…
— У Васи наверно зубки режутся, с рук прямо не слазит, плачет… Ничего не успеваю, — призналась Тома.
— А родители, что? — поинтересовался Петя.
— Приходили, с Васей погуляли, да и ушли… Я хоть приготовить успела! — рассказывала Тома, пытаясь перекрыть начинающийся Васин плач, — Ну ладно… Не скучай там!..
***
— Петька, ну ты где? — Тома, на следующий день, выждав полтора часа после обычного времени возвращения мужа, опять позвонила ему.
После нескольких неудачных попыток, он все же ответил.
— Да, знаешь, Тома, тут такое дело… — в голосе чувствовалось нетерпение, — в общем, мне придется до завтра остаться… На арматуру удачно так наехал, колесо распорол. Пока, то да се, короче машина без колеса стоит, завтра сделают…
— Ты же прошлый раз сам запаску ставил? — вспомнила Тома.
— Тут случай особый, и обод тоже менять надо… Извини, долго объяснять… Там мужики проваривать будут… Завтра обещают все сделать… Некогда сейчас!.. — в телефоне зазвучали гудки.
***
Вернулся Петя на следующий день, уже почти ночью. Тома вышла в прихожую, на звук открывающегося замка.
— Привет! — она шагнула навстречу мужу.
— Ага, привет! — Петя поцеловал ее в щеку.
— Ну, как там твое колесо?
— Какое колесо?
— Которое арматурой пропорол…
— А-а-а… починили! — проговорил Петя в задумчивости, — Ты, это… Меня извини! Нехорошо вышло!
— Да я понимаю, работа! — не громко ответила Тома, — ужинать будешь?
— Ага! — Петя опять задумался.
— Что-то с машиной? — Тома старалась заглянуть ему в глаза.
— Да, черт с ней, с машиной этой! — на Петином лице отразилось страдание, — подлец, я Томка!
— Почему? — насторожилась она.
— Сейчас скажу… — и он опять умолк, словно подбирая слова, — не знаю, как так вышло! И что делать, теперь не знаю…
— Да, ты говори! — Тома смотрела умоляюще.
— У меня там дочка родилась… — чуть слышно проговорил Петя.
— Где, там?..
— Не плачь, я только тебя с Васькой люблю! — Петя говорил, отведя взгляд, — Но понимаешь, она там совсем маленькая еще, им помощь нужна…
Тома не мигая смотрела на него совершенно сухими глазами.
— Я пойду!.. Не прощаюсь… Потом все обсудим… — и он вышел за дверь.
О съеме квартиры теперь не могло быть и речи, как только Тома подала на развод, они с Васей переехали к торжествующей в тайне: «А я говорила!», — Елене Сергеевне.
Петя звонил не часто, пытался наладить контакты, но Тома старалась не отвечать.
Иногда он звонил с чужого номера и все же начинал говорить, предлагал еще раз все обсудить, признавался в любви и обещал вернуться, но Тома никогда такой разговор не поддерживала и, не дослушав его монолог, отключалась.
***
