Муж сам готовил завтрак, чтобы любимая поспала еще полчаса. С Никитой они вместе ходили за покупками: ни в коем случае не носи картошку, дорогая — это же тяжело!
Он часто встречал ее с работы горячим ужином и обеспечивал уверенность в завтрашнем дне — как бы выспренне это не звучало.
Никита любил ее для нее, а Сашка — для себя. И опять это были две большие разницы…
А тут только я, я, я: Я такое не ем! Мне на завтра нужна чистая рубашка — у нас эфир! У меня аллергия на пыль — почему не стерла?
»Интересно, а кто же тебе стирал пыль, когда меня не было?» — все чаще задавалась вопросом погрустневшая Оля.
К тому же, любимый все деньги тратил на себя и поддержание собственного имиджа:
— Тебе-то хорошо на своей кафедре — сиди себе в уголочке! А я — человек публичный! Да, всегда на виду!
Как там — все познается в сравнении. А тут сравнение было не в пользу Алекса, как он стал себя называть. А еще — хороша рыбка на чужом блюде…
И постепенно качественный с…с перестал компенсировать общее состояние дискомфорта.
И Ольга Викторовна все чаще стала ловить себя на том, что очень скучает по дочери и мужу.
Да, надежному и уютному Никите! Или НикиткУ: друзья любовно назвали мужа НикитОк, подшучивая над его немного неуклюжим вниманием и искренними чувствами к жене.
Видимо, первичная нелюбовь у Ольги Викторовны с годами трансформировалась в нечто другое.
И ничего, что вначале у девушки не было всепоглощающей стр асти. Зато сейчас было спокойное и ровное чувство, которое так ценится в семье.
И она ушла. Да, обратно домой. И заблокировала телефон, чтобы любимый, уже бывший, не мог до нее дозвониться.
А дальше все стало происходить, как в замечательном фильме «Объяснение в любви»: про большую любовь — до самого неба!
Там в семью возвращается изменившая мужу героиня — прямо, как наша Олечка. А когда вечером горячо любящий ее муж приходит с работы, она буднично говорит ему: Снимай сапоги, Филиппок — я вымыла пол…
Так и тут.
— Тебе котлеты с пюре или с макаронами? — спросила Ольга Викторовна вернувшегося с работы мужа.
— Давай, что есть, — не подав виду, что рад, привычно ответил тот: не напрягать же любимую жену приготовлением нового гарнира. А сам подумал фразой из классики: Из твоих рук приму даже яду!
И не надо никого осуждать, что так вести себя нельзя: дескать, это же откровенная глупость и отсутствие уважения к себе! Ведь главное, чтобы был любимый рядом, как поется в известной песенке. Или любимая, как в данном случае.
Они поужинали в полном молчании — Лизка опять где-то носилась.
— Ты прости меня, НикитОк, — тихо сказала Оля.
— Тебе помочь с посудой? — так же тихо предложил муж.
Господи, какая же она д… И как же она его любит!
Автор: Ольга Ольгина
