— Говорю, как не родной, — Антон взгрустнул, — у меня-то денег тоже нет.
Чай давно остыл, но пили и холодный.
— А давай мать подключим? — предложил Антон.
— Чего? — Алексей чуть не подавился.
— Серьезно, — Антон улыбнулся.
— А у нее откуда деньги? — спросил Алексей. — Или ты под ее пенсию кредит хочешь взять?
— У нее квартира есть, а сама она уже старенькая. Смекаешь?
— Ты см. ерти матери решил дождаться или, не дай Бог каждому, ускорить? — Алексей округлил глаза.
— Ты не только не родной, но еще и дикий! — хохотнул Антон. — Она старенькая, мы ее в пансионат, потому что ей самой тяжело, а еще с возрастом стала слаба на голову.
— Тяжело — понятно, а с головой у нее все в порядке, — возразил Алексей.
— Да там никто разбираться не будет. Подпись там, бумажка здесь. Пиастров отсыплем и все. Мама — под присмотром, мы — с ее квартирой, которую и вольем в наше предприятие на старте!
Антон был очень доволен предложенным планом. Четко, конкретно. А самое главное, он уже узнал, кому и сколько занести, чтобы мама тихо-мирно перебралась в сума.сшедший дом.
— Ну, если за ней будет нормальный уход, так может и лучше ей будет в специальном учреждении, — задумался Алексей, — мы-то ей все равно помогать не можем, у меня работа, у тебя бизнесы. А она же мать.
— Ан-нет, есть в тебе что-то родное! — Антон улыбнулся. — Умеешь соображать, хоть и туго!
***
Елена Степановна не сопротивлялась, когда во время визита сыновей в гости, приехали санитары и вынесли ее из квартиры на носилках. Лишь удивленно смотрела на своих деток.
— Мама, тебе там лучше будет, — еле слышно, одними губами твердил Алексей.
На душе скреблись леопарды, стружка из-под когтей которых оседала муторным ощущением предательства.
Ему было бы легче, а может просто не так противно, если бы не самодовольная улыбка брата.
Только мать вынесли, Антон начал собирать вещи матери в огромные мусорные мешки, даже не смотря, ценно этот или нет.
— Мусор сейчас выкинем, а завтра я уже покупателя приведу, только проветрить надо, а то здесь стоит стар.уш.ечий запах!
Алексей сглотнул, но ему казалось, что запах гнили идет как раз от Антона.
— Я не буду с тобой в бизнес входить, — проговорил Алексей. — Даже участвовать не буду. — Не верю я, что после такого, там хоть что-то нормально сложится.
— Опять начинается! — Антон вытер пот со лба. — Ты же сам план видел. Там все, как по нотам. Только начать и сразу прибыль.
— Пусть, — твердо сказал Алексей, — а я не хочу. Я лучше на своем заводе, а еще потаксую в свободное время.
— Ну и вали! Без соп.ливых скользко! — рявкнул Антон. — Нежные какие мы стали! Таким в бизнесе не место! Верно я говорил, нагулянный ты! А может и усыновленный!
— Скорее ты, — сказал Алексей и ушел из квартиры, где прошло его прекрасное детство.
***
Полгода Алексей не находил себе места. Он очень хотел поехать к матери, чтобы выпросить прощения за их с братом поступок, но не мог побороть стыд и чувство вины.
