Он приехал, перекрыл воду, дернул рубильник, а то, что надо слить воду из системы отопления не подумал. А начиналась зима.
Хоть он и обещал ездить проверять, как там дом, поехал только перед выпиской матери. В итоге трубы отопления лопнули, а вода, замерзая и оттаивая, уничтожила полы и мебель.
— Костя, а как же мой дом? — плакала Варвара Ильинична.
— Ремонт — это дорого, жить тут невозможно. Оставим до лучших времен, когда деньги будут, — решил Костя.
А у Варвары Ильиничны как раз пенсия подошла, вот и села она, молодая пенсионерка, с внуками в квартире сына.
На пенсию ее никто не покушался, не отбирал и не требовал, но прозрачно намекнули, что с нее маме не мешало бы откладывать на ремонт дома, потому что дети подрастут, и тогда в квартире будет совсем тесно.
***
— Все, что откладывала два года, в один момент спустила, — говорила Варвара Марине. — Если сын узнает, что я так шиканула, он меня в те развалины выкинет!
Денег-то всегда не хватает. Он ко мне обращался несколько раз, дай, мол, в долг, а я отказывала с тем, что на ремонт коплю. Еле вылезали. А узнает он про шубу!
— Как есть выгонит, — согласилась Марина.
— А я же так интересно буду выглядеть в этой шубе на вокзале, что все со смеху покатятся!
— Но и не замерзнешь, — заметила Марина.
— Так ты меня будешь спасать? — вернулась Варвара к основному вопросу.
— Шубу оставляй, — согласилась Марина, — будет лишний повод встретиться и пообщаться. Но с легализацией не затягивай. Вещь дорогая, боязно мне! Не дай Бог, что!
***
Крылья, на которых прилетела Варвара домой, уже вечером обрубил сын:
— Мама, мы тебя не гоним, ты не подумай, — начал он издалека, — но, как бы, надо посмотреть, что у тебя скопилось на ремонт. Да начинать пора потихоньку.
— Сыночек, так, а там не так уж много и скопилось, — проговорила растерянно Варвара, — у меня же пенсия небольшая. Да и так я на лекарства трачу, ну и внукам иногда кое-что покупаю.
— Это понятно, — кивнул Костя, — так хотя бы машину заказать, чтобы мусор вывезти, да бригаду нанять для демонтажа. Пока дело с мертвой точки не сдвинется, ничего и не будет.
— Мама Варя, — подключилась Лариса, — вы же не подумайте чего, просто Петьке с Олей разъезжаться по разным комнатам пора. Туда-сюда, подростковые прибабахи пойдут. Мы ж из этого расчета трехкомнатную в ипотеку и брали.
Варвара сидела, опустив голову, транслируя грусть, обреченность и обездоленность, а сама соображала, что бы такое соврать, куда деньги длись.
— Деточки, — наконец, произнесла она, — а нет денежек. Я их человеку хорошему в долг дала. А он только через год вернет.
Лариса от изумления задержала дыхание, стараясь не высказать, что подумала, демонстративно отвернулась и вышла из комнаты, оставив мужа разбираться с матерью.
Цензурно Костя высказаться не мог, как ни старался. Хорошо, что дети были в школе и не почерпнули глубины великого и могучего. А смысл был примерно такой:
