— Сергей, ты знаешь, что Катя, вероятно, беременна? — спросила она у молодого мужчины, когда тот, увидев ее и закатив глаза, соизволил подойти.
— Чего? Что за бред? — Сергей состроил кислую физиономию. — Если бы это было так, я бы знал, а Катя уже валила бы нафиг! Мне такие приключения не нужны!
— Сережа, это не приключение, это ребенок! — пыталась донести серьезность ситуации Ирина Степановна.
— Нет, и что вы предлагаете? — Сергей требовательно на нее посмотрел.
— Так думать что-то надо!
— А вот мне другое интересно, а с какого пере_пу_га вы лезете не в свое дело? Это вопросы только между мной и Катькой. Если залетела — а_борт сделает! Законченной ду_рой надо быть, чтобы в восемнадцать лет родить!
— Я в восемнадцать Катю родила, — проговорила Ирина Степановна.
— Оно и видно, — Сергей хмыкнул и ушел работать.
Кипя негодованием и проклиная этого недоросля, Ирина Степановна направилась на квартиру дочери. Поговорить было нужно, но без этого субъекта.
— Катенька, доченька, знаю, что ты беременна, — тараторила Ирина Степановна, — случайно увидела сообщения у тебя в телефоне. А теперь просто места себе не нахожу. Я же сама в восемнадцать забеременела. Ох, и тяжко было! А я все за тебя беспокоюсь!
— Мама…
— Девочка моя, ты не волнуйся, я тебя ни капельки не осуждаю, ты не подумай, — захлебываясь словами, продолжала Ирина Степановна. — Я тебе помогать буду! И до родов, и особенно после. Чтобы ты институт окончила спокойно.
— Мамуля, да там еще не точно, беременна или нет. На тесте не линия, а так, несуразное что-то. Я читала, что бывают ложноположительные и непоказательные результаты. К врачу идти надо, а я боюсь.
— Значит, ничего не бойся! Идем вместе!
***
— Воронкова! — позвала медсестра, выглянув из кабинета.
Катя и Ирина Степановна встали.
— Екатерина, — уточнила медсестра.
Катя сделала шаг вперед и обернулась на маму. Ирина Степановна кивнула, мол, иди, я тут подожду.
«Чертовы нервы!» — подумала Ирина Степановна, в который раз останавливая ногу, которая начинала само собой выстукивать ритм.
На нее косились другие посетители в очереди, но замечаний не делали. Под кабинетом гинеколога спокойных нет. Каждый в своих мыслях.
Ирина Степановна вспоминала, как тяжело ей было с Катей. И понимала, что дочке легче не будет.
Она, как мать и будущая бабушка, возьмет на себя львиную долю трудностей и обязанностей. Даже сама готова ребенка растить, если потребуется.
Просто, ей самой всего тридцать семь, да и Кате в восемнадцать лет ребенок будет не к месту. Нет, бросать его никто не будет.
Но Катя мечтала сначала институт окончить, на работу устроиться, а потом уже — ребенка. Годам к двадцати пяти.
Улыбающаяся Катя вышла из кабинета:
— Не беременна! — сообщила она.
Нервотрепка сказывалась, присели на лавочке в сквере.
— Катюша, ты прости меня, я немного поторопила события, — Ирина Степановна посчитала нужным рассказать о своем визите к Сергею на работу.
