— Нашу квартиру! То есть, не квартиру, а деньги за нее: хотят при продаже получить обратно свою долю, как они выразились.
— Но они же, вроде, нам эти деньги подарили!
— Вот именно, что вроде. А если мы вернем им деньги, то накроется переезд и трешка.
— А тесть-то что говорит?
— А папа даже рта не раскрыл: ты же знаешь, чьи в лесу шишки! Шаг в сторону приравнивается к побегу: стреляют без предупреждения!
Валерка знал: за прошедшее время он очень хорошо изучил Анну Ефимовну.
Настроение у обоих было испорчено.
И дело тут было даже не в деньгах, хотя их тоже было жалко: родители жены явственно обозначили свое присутствие в их жизни. И подаренная ими сумма на первый взнос, видимо, все время так и оставалась их деньгами.
Что это было — сказать трудно. Кризис среднего возраста? До Альцгеймера-то было еще рановато.
Может с годами проявилось то, что в медицине называется усилением преморбидных черт: морбус по латыни — болезнь.
Если раньше любил поговорить за жизнь, в старости рот не будет закрываться от слова совсем. Был немного скуповат — превратишься в настоящую жадину-говядину.
Вот-вот, как в этом случае. И будешь требовать обратно все сделанные подарки, считая это совершенно естественным.
Вариантов была — хренова туча.
— Ну, что будем делать? — упавшим голосом спросила жена. — Я уже настроилась на трешку. А тут такой облом!
— Не переживай, милая! — Муж притянул невысокую Марину к себе и поцеловал в макушку, как делал всегда. — Я не допущу, чтобы моя девочка расстраивалась из-за какой-то ерунды!
— Ничего себе — ерунда! Ты, хоть, помнишь сумму-то? Мы же не Онасисы!
— А то — у меня все ходы записаны!
И это было чистой правдой: у хорошего аналитика все ходы должны быть не только просчитаны наперед, но проанализированы и зафиксированы.
А мужчина, судя по полученной премии, оказался отличным специалистом.
— Все, что можно решить с помощью денег — ерунда, Марочка! Звони своим — скажи, что вернем деньги! — произнес Валерка.
И увидев недоуменный взгляд жены, добавил: Да-да, вернем! Ничего — прорвемся!
В субботу они повезли любимого внука к бабе с дедом — все было оговорено заранее.
И за чаем, естественно, завязался разговор на известную тему: Сашка уже играл в комнате.
— Верну вам подаренные деньги, — начал зять. — Но с условием.
Тесть и теща поднапряглись, так дерзко зять раньше не смел разговаривать, да и условия им ставили впервые: до этого всем, в общем-то, вертела властная Анна Ефимовна.
И какие, собственно, условия может им выдвинуть этот мальчишка, у которого даже денег на первый взнос не оказалось!
То, что это исходило не от Мариши, было ясно сразу: она была примерной дочкой и никогда не шла против воли любимой мамочки. Как и муж, во всем поддерживающий свою жену: тесть очень ценил душевный комфорт.
А зять продолжил: Вы дадите нам расписку, что больше претензий к нам не имеете.
За столом повисла нехорошая тишина.
— Какую еще расписку? — недовольно спросила теща. Тесть молчал и делал вид, что пьет чай: себе дороже…
