-Ну, хорошо, а Вера куда пойдет? Она же свою комнатку продала?
-Не знаю. Я алименты буду платить, я ей сказал.
-Значит, тебе все равно, где будет скитаться твой сын?
Глеб только молча смотрел на мать и ничего не говорил, а та тем временем продолжила.
-Ну, а мне не все равно, где будет жить, и как будет жить мой внук и женщина, которая семь лет была твоей женой, причем, сын, хорошей женой. Она тебя любила, о тебе заботилась, сына тебе родила, не изменяла, и только ты один у нее на уме был.
-И что теперь мне ей в ноги кланяться? — ехидно спросил Глеб.
-В ноги кланяться не надо, но раз ты нашел новую любовь, то иди, строй свою новую семью. А Вера останется жить в этой квартире вместе с Димкой. Я тоже буду приезжать сюда и ей помогать. Если у моего внука не будет отца, то это не значит, что у него не будет и бабушки, и тети. Ты как хочешь, а мы со Светкой останемся Вериными родственниками.
У Веры от неожиданности из глаз полились слезы.
-Мама, что это ты придумала? — начал было Глеб
-Я ничего не придумала, ты, наверное, забыл, что эта квартира моя? Я ее на тебя не переписывала. А теперь перепишу на внука. Вера отсюда никуда не уйдет, а ты как настоящий мужчина должен подумать о том, что будет с твоим сыном. Н, вижу, что ты не думал, значит, я подумала за тебя.
-Мама, я твой родной сын, а ты за нее… — у Глеба даже слов не было, — она же тебе никто.
-Она — твоя жена, она мать моего внука. Значит, она мне родной человек. И потом у Веры никого нет, ей будет тяжело, я теперь заменю ей мать.
-Мама! — выдохнула Вера, — мама! Мне так долго хотелось вас так назвать, но я боялась, стеснялась, думала, что вы меня недолюбливаете. Простите меня!
-Ничего, детка, ничего, — сказала свекровь, тихонько похлопывая девушку по плечу, — перемелется— мука будет, человек со всем может справиться. Ничего, я тебе помогу, не бойся, — и обе женщины, старая и молодая, горячо обнялись.
