Серое ноябрьское утро медленно заползало в окна квартиры. Ольга стояла у плиты, механически помешивая кашу для сына — последнее время все делалось именно так, механически. После смерти Саши прошло уже полгода, но боль потери не утихала, просто стала глуше, привычнее.
Звонок в дверь раздался неожиданно. На пороге стояла свекровь, Галина Петровна — статная, подтянутая женщина с идеально уложенными седыми волосами. Она всегда выглядела так, словно собиралась на важное мероприятие.
— Здравствуй, Оленька, — голос свекрови звучал непривычно официально. — Нам нужно поговорить.
Что-то в её тоне заставило Ольгу насторожиться. За двадцать лет семейной жизни она научилась улавливать эти едва заметные нотки, предвещающие неприятности.
— Проходите, Галина Петровна, — Ольга отступила в сторону. — Димка еще спит, так что можем спокойно поговорить на кухне.
Свекровь прошла внутрь, каблуки её туфель отбивали четкий ритм по паркету. Села за стол, положила перед собой большую кожаную сумку. Ольга помнила эту сумку — подарок Саши на прошлый день рождения матери.
— Чаю? — привычно предложила Ольга, хотя внутри все сжалось от нехорошего предчувствия.
— Нет, — Галина Петровна достала из сумки плотный конверт. — Присядь, разговор серьезный.
Ольга опустилась на стул. Утреннее солнце, пробивающееся сквозь тюль, падало на стол между ними, высвечивая пылинки в воздухе.
— А ты разве не знала, что эта квартира не только твоя? — неожиданно заявила свекровь, и эти слова упали между ними как камень в тихий пруд.
Ольга почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Что значит «не только моя»? — голос предательски дрогнул. — Саша всегда говорил…
— Саша много чего говорил, — перебила Галина Петровна, выкладывая на стол документы. — А вот что он делал — это другой вопрос. Смотри.
Пальцы Ольги дрожали, когда она брала бумаги. Строчки прыгали перед глазами, но суть она уловила сразу: половина квартиры принадлежала Виктору, двоюродному брату мужа. Тому самому Виктору, который когда-то помогал Саше начинать бизнес.
— Этого не может быть, — прошептала Ольга. — Саша бы сказал мне…
— Видимо, не счел нужным, — в голосе свекрови звучала странная смесь сочувствия и торжества. — А теперь Виктор хочет получить свою законную долю.
В этот момент сверху послышался топот детских ног — проснулся Димка. Ольга вздрогнула, словно очнувшись от кошмара.
— Мам, ты где? — раздался звонкий голос сына.
— Я на кухне, милый! — крикнула Ольга, пытаясь придать голосу беззаботность. — Сейчас завтрак будет готов!
Галина Петровна поднялась.
— Подумай хорошенько, Оля. Виктор человек разумный, с ним можно договориться. Но право на его стороне, — она направилась к выходу, но у двери обернулась: — И да, он приедет завтра обсудить ситуацию.
Ночь прошла без сна. Ольга перебирала в памяти каждый разговор с мужем о квартире, каждое его слово. Как же так? Почему он не сказал? Может, собирался, да не успел? В голове крутились обрывки воспоминаний: вот они въезжают в эту квартиру — солнечную, просторную, на седьмом этаже.
