Старая лестница на чердак встретила её протяжным скрипом. Каждая ступенька помнила, как они с Сергеем поднимались сюда, пряча друг от друга новогодние подарки, как дочка Машенька в детстве играла здесь в прятки, как они всей семьёй разбирали старые альбомы.
Тусклая лампочка под потолком едва освещала пространство, забитое коробками с памятными вещами, старыми игрушками и пожелтевшими от времени книгами.
В дальнем углу стоял отцовский сейф — массивный, цвета состаренной бронзы. Анна помнила, как папа вручил ей ключ: «Храни здесь самое важное, доченька.» Внутри лежал потёртый кожаный портфель, пропитанный запахом времени и табака — отец всегда курил «Беломор», хотя мама постоянно ворчала на него за это.
Дрожащими пальцами Анна начала перебирать документы. Каждая бумага хранила историю их жизни: свидетельство о браке с засохшим лепестком розы — Сергей настоял на традиционной церемонии; справка о рождении Машеньки с маленьким отпечатком её ножки; документы на их первую квартиру, купленную в кредит, который они выплачивали десять лет, отказывая себе во всём…
И вот она — папка с документами на участок. Пятнадцать соток земли на окраине города, где когда-то стоял родительский дом.
Анна помнила каждый уголок: старую яблоню, под которой они с мамой накрывали стол по воскресеньям; малиновые кусты вдоль забора, где она пряталась в детстве; скамейку, которую отец сколотил своими руками.
После пожара, уничтожившего дом пять лет назад, они с Сергеем планировали построить там что-то новое, но всё не доходили руки. И вот теперь…
Среди пожелтевших страниц обнаружился свежий документ — договор купли-продажи, датированный тремя месяцами ранее. Анна почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Её подпись. Почти такая же, как настоящая, но… В глубине души она знала — это подделка.
Сумма сделки заставила её задохнуться: три миллиона рублей. Где эти деньги? Почему тогда письмо из банка говорит о долге?
Внизу хлопнула входная дверь — такой знакомый звук. Раньше он приносил радость: муж вернулся с работы, сейчас вдвоём они будут ужинать, обсуждать прошедший день… Теперь каждый шаг Сергея по лестнице отдавался в висках глухим ударом.
Тридцать лет совместной жизни промелькнули перед глазами: их первое свидание в парке под проливным дождём; свадьба, на которой она была в маминой фате; рождение Машеньки и бессонные ночи над её кроваткой; первый семейный отпуск на море; все праздники и будни, радости и горести, которые они делили пополам…
«Анна?» — его голос звучал встревоженно. «Ты наверху?»
«Да, я на чердаке,» — собственный голос показался ей чужим, надломленным.
Сергей поднялся по лестнице. В тусклом свете лампочки она увидела, как изменилось его лицо при виде разложенных документов. Морщины, которые она так любила — следы их общего смеха, — теперь превратились в глубокие борозды усталости и вины. Его плечи, всегда расправленные, поникли, а в глазах застыл страх.
«Милая, я всё объясню…» — начал он, делая шаг вперёд.
