— Да ладно тебе, Валя, — успокаивающе прозвучал голос Раисы Михайловны. — Молодые сейчас все такие независимые. Вон моя Светка тоже…
— Нет, тут что-то не так! — Валентина Сергеевна всплеснула руками. — Техника эта… Машину новую присматривают. Откуда деньги? Игорь никогда раньше от меня ничего не скрывал!
Я тихонько проскользнула в подъезд, чувствуя, как щёки заливает краска. Неужели за нами теперь следят, отмечая каждую покупку?
Дома эту историю я рассказала Игорю. Он только вздохнул, откладывая недочитанную книгу: — Знаешь, папа тоже начал странно себя вести. Звонил сегодня, как бы между делом интересовался, не нужна ли помощь с кредитом.
— Но у нас же нет никакого кредита! — я опустилась на диван рядом с мужем.
— В том-то и дело. Они придумали себе проблему и теперь пытаются её решить.
Николай Петрович, в отличие от своей эмоциональной супруги, всегда был человеком сдержанным. Высокий, с аккуратно подстриженной седой бородой, он напоминал мне университетского профессора. Обычно в семейные дела не лез, но сейчас явно был встревожен.
— Может, всё-таки рассказать им про повышение? — предложила я. — Объяснить, что у нас просто выросли доходы?
— Нет, — Игорь покачал головой. — Начнём отчитываться — и это никогда не закончится. Сегодня про зарплату расскажем, завтра будут спрашивать про каждый чек из магазина.
А через пару дней позвонила моя мама. — Олечка, — начала она издалека, — я тут с Валей разговаривала…
Сердце ёкнуло. Только этого не хватало — чтобы наши родители начали объединяться!
— И что? — как можно спокойнее спросила я.
— Ну как что? Она волнуется. И мы с папой тоже. Сколько сейчас Игорь получает? На ипотеку-то вам хватит?
В тот вечер мы собрались у родителей Игоря на традиционный воскресный ужин. Я сразу почувствовала — что-то не так. Обычно уютная квартира казалась наэлектризованной. Валентина Сергеевна суетилась на кухне, гремя посудой сильнее обычного. Николай Петрович сидел в своём любимом кресле, напряжённо листая газету, которую держал вверх ногами.
Когда мы сели за стол, тишина стала просто оглушительной. Звон вилок о тарелки резал слух. Свекровь то и дело бросала быстрые взгляды на сына, нервно поправляя и без того идеально лежащую салфетку. Я физически ощущала, как внутри неё закипают невысказанные слова.
— Игорь, — наконец произнесла она, и её голос предательски дрогнул, — я вчера Светлану Павловну встретила.
Мы с мужем переглянулись. Светлана Павловна работала с Игорем в одном офисе.
— И что? — как можно спокойнее спросил он, но я заметила, как побелели костяшки пальцев на его руке, сжимающей вилку.
— Она сказала, у вас в компании сокращения. Большие сокращения… — Валентина Сергеевна замолчала, явно ожидая реакции.
— Мам, у нас всё хорошо.
