— Что за риелтор?
— Я выставляю квартиру на продажу, — спокойно, почти с холодным достоинством ответила Катя. — Раз уж ты решил сделать из нашего дома общежитие для своей сестры, будем делить имущество.
Маша подскочила, её голос стал таким высокочастотным, что казалось, стекло сейчас треснет:
— Что?! Ты не можешь!
— Могу, — Катя открыла ящик стола и достала папку с документами, как будто это было решением всех проблем. — Квартира в ипотеке, которую я плачу. И я больше не собираюсь содержать тебя и твоих друзей.
Игорь побледнел, будто всё в мире потеряло цвет:
— Катя, давай всё обсудим…
— Поздно, Игорь, — Катя скрестила руки на груди, её взгляд стал ледяным. — Я пыталась обсудить. Ты не слышал.
На следующий день риелтор с важным видом осматривала квартиру, а Маша, как всегда, демонстративно хлопала дверями, показывая, кто в доме хозяин. Игорь ходил как тень, с лицом, которое не сулило ничего хорошего.
Когда вечер опустился на город, Катя сидела на кухне, и вот она почувствовала, как телефон снова вибрирует. Это была Нина Петровна.
— Как ты можешь так поступать с моими детьми? — возмущённо кричала свекровь. — Выгоняешь их на улицу!
— Не выгоняю, — устало ответила Катя, снимая с плиты чайник. — Просто хочу продать квартиру и поделить деньги. Пусть Игорь с Машей снимают жильё на свою долю, или, может, даже купят что-то.
— Бессердечная! — всхлипнула Нина Петровна. — А я-то думала, ты любишь нашу семью…
Через неделю появились первые покупатели. Маша, как и следовало ожидать, не удосуживалась убрать свои вещи, делая показы квартиры настоящим кошмаром. Рассказывала какие-то невообразимые истории, чтобы отпугнуть людей.
— Это саботаж? — спросила Катя у мужа, когда он вошёл в комнату.
— А ты как думала? — Игорь, не скрывая злости, бросил взгляд на неё. — Будешь знать, как разрушать семью.
— Семью? — горько усмехнулась Катя. — Ты сам её разрушил, когда поставил сестру выше нашего брака.
Однажды утром Катя застала Машу за необычным занятием — та складывала свои вещи. Неожиданно.
— Съезжаешь? — удивилась Катя, не ожидая такого поворота.
— Да, — буркнула Маша, не глядя на неё. — К маме. Всё равно здесь больше делать нечего.
Вечером всё встало на свои места. Маша успела занять крупную сумму, указав адрес их квартиры. Теперь, когда жильё продавалось, кредиторы могли явиться в любой момент.
— Я думала, раз я живу здесь… — начала оправдываться Маша, вглядываясь в лицо брата.
— Думала она! — Игорь, не сдержавшись, взорвался. — А платить кто будет?
— Ну ты же мой брат… — протянула Маша с наигранной невинностью.
Катя молча стояла в углу, наблюдая за этой сценой. Всё встало на свои места — и Машино желание съехать, и её отказ искать работу всё это время.
— Знаешь, Игорь, — сказала Катя, когда Маша ушла, — может, оно и к лучшему.
— Что именно? — устало спросил Игорь.
— Что мы расстаёмся сейчас. Пока не увязли в долгах твоей сестры.
