Прошло полгода. Петя жил у Даши, пользовался её картой, честно искал работу, но вакансий для него всё не находилось. А Даша… ну, Даша иногда вздыхала, но пока терпела.
А потом позвонила мать.
— Петечка, как мы теперь будем жить, сынок? Отец твой без работы, я на одной пенсии… — Голос у неё был жалостливый, дрожащий. — Может, ты нам деньжат подкинешь? Или твоя Даша?
Петя перешёл на балкон.
— Мама, как ты это себе представляешь? Я сам у неё на птичьих правах. Она за всё платит, я живу в её квартире… Если я попрошу у неё денег для вас, она меня выставит.
— Не выставит, если станет твоей женой. — Мать сразу оживилась. — Пускай она за тебя выйдет. Тогда мы станем семьёй. А в семье принято помогать друг другу.
Петя молчал.
— Смотри, сделаем так… Я тебе подкину последние деньги. Ты скажешь, что устроился. Сделаешь предложение. После свадьбы тебя якобы уволят. Тогда и попросишь у неё один из её цветочных салонов. Мы всей семьёй будем им заниматься, а деньги делить.
— Так нас Дашенька всех в светлое будущее и втянет.
Петя сглотнул.
Через две недели он вёл себя, как образцовый трудоголик, а потом, в романтический вечер, сделал Даше предложение.
— Любимая, а можно ты сейчас свадьбу оплатишь… Я ведь только встаю на ноги… — Осторожно начал он, когда она рассматривала свадебные платья.
— Всё хорошо, Петя. Не волнуйся. Я всё организую. Главное, что ты нашёл работу. — Даша улыбнулась и нежно поцеловала его.
А Петя закрыл глаза и представил, как хорошо заживёт их большая дружная семья.
Наступил день свадьбы.
Гостей собралось человек сорок. Половина — подруги и друзья Даши, остальные — Петины родственники. Кушали, выпивали, говорили тосты. Все улыбались, фотографировались, вспоминали, как Даша и Петя познакомились. Ну, как вспоминали… Петина мама рассказывала так, будто Петя спас Дашу из горящего здания, а Дашина подруги переглядывались, потому что знали: всё было совсем иначе.
Даша вышла на веранду — звонок от бабушки, живущей далеко. Разговор короткий, трогательный, бабушка голосом дрожащим:
— Дашенька, будь счастлива, родная…
Даша поблагодарила, пообещала приехать в гости, убрала телефон в сумочку.
И тут услышала.
Краем уха, случайно.
— Мам, ну когда эта богатая пигалица уже нам отдаст свой салон? Ты с Петей говорила?
Говорила Варя, Петина сестра. Голос чуть заплетается, видно, вина хватанула.
— Дочка, не вмешивайся, мы же всё обсудили. — Свекровь говорила тихо, строго. — Через месяц Петя скажет, что его уволили, и попросит поделиться. Не лезь вперёд батьки в пекло, а то всё испортишь.
— А если Даша узнает, что он нигде не работал? Что ты ему деньги давала, чтобы он зарплату изображал?
— Если ты не разболтаешь, никто не узнает.
— Мам, ну ты же знаешь, я свою совесть променяла на ластик ещё в третьем классе. Такой ароматный, в виде сердечка. Ванилью пах.
Варя рассмеялась, отмахнулась и пошла танцевать.
А Даша стояла в темноте веранды и слушала.
И вдруг — спокойно, без лишних слов, взяла Петра за шиворот, как котёнка, и потащила на улицу.
