Анна сидела на лавочке, не в силах отвести глаз от мальчика, который исчез за дверью подъезда. Семь лет он жил в другом доме, называл «мамой» другую женщину, спал в другой постели.
— Что будем делать? — тихо спросил Алексей.
Анна не знала.
Она всегда думала, что если найдёт своего ребёнка, то сразу же бросится к нему, всё расскажет, вернёт его домой. Но теперь, глядя на чужой подъезд, в котором за закрытой дверью скрывалась её плоть и кровь, она поняла, что не может.
— Я не знаю, — прошептала она.
Они молчали.
— Мы не можем просто оставить всё так, — наконец сказал Алексей.
Анна стиснула пальцы.
— А если он счастлив? — она повернулась к мужу, и в её глазах было отчаяние. — Если у него хорошая семья? Если он любит их?
— А если нет? — тихо ответил Алексей.
Она посмотрела на него.
— Мы не знаем, какие они люди. Может, они плохие родители. Может, они тоже что-то подозревают.
Анна снова посмотрела на двери подъезда.
— Я должна узнать.
На следующий день она вернулась к этому дому одна. Ей казалось, что если Алексей будет рядом, она не сможет говорить спокойно.
Она поднялась на нужный этаж и остановилась перед дверью.
Поколебавшись, нажала на звонок. Прошла минута. Дверь открылась, и перед ней оказалась женщина лет сорока. Темноволосая, с усталыми глазами.
— Да?
Анна сглотнула.
— Здравствуйте. Вы… мать Михаила?
Женщина насторожилась.
— Да, а что?
Анна чувствовала, как бешено колотится сердце.
— Нам нужно поговорить.
Женщина нахмурилась.
— Простите, но я не…
— Это важно. Это касается… ваших родов. Семь лет назад.
Лицо женщины изменилось.
— Что вы имеете в виду?
Анна не знала, как сказать это.
Она просто взяла из сумки результаты ДНК и протянула ей.
Женщина взяла бумаги, пробежалась глазами по строкам.
А потом медленно подняла на неё глаза.
В них был ужас.
— Боже…
Анна кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком.
— Ваш сын… мой сын.
Женщина покачала головой, прикрыла рот рукой.
— Нет… нет, это…
Она внезапно пошатнулась и оперлась о стену.
— Я знала, — прошептала она.
Анна вздрогнула.
— Что?
Женщина подняла на неё покрасневшие глаза.
— Я всегда знала.
— Мне сказали, что он мой, — тихо проговорила Марина, так звали женщину. — Но когда я впервые взяла его на руки, что-то внутри меня… сломалось. Я знала, что это не мой ребёнок.
Анна слушала, затаив дыхание.
— Я пыталась говорить с врачами, — продолжала Марина. — Они уговаривали меня, говорили, что я путаю, что это гормоны. Что мне кажется.
— Почему ты ничего не сделала?
— А что я могла? Я была одна. Муж ушёл ещё до родов. Врачи твердили мне, что всё правильно. И я… я убедила себя, что они правы.
Анна не знала, что сказать.
— Вы хорошо его растили? — спросила она хрипло.
Марина подняла глаза.
— Я люблю его. Это неважно, он ли это или нет. Он мой сын.
Анна кивнула.
— Я тоже люблю Сашу.
Они долго молчали.
— Что теперь? — спросила Марина.
Анна задумалась.
— Я не знаю.
Когда Анна вернулась домой, её встретил Саша.
— Мам, ты где была?
