Игорь повернулся к жене, явно ожидая объяснений.
Анна сделала глубокий вдох и спокойно ответила.
— Твоя мать привела юриста, чтобы обсудить, как оформить нашу квартиру на неё.
Игорь резко повернул голову к матери.
— Что?!
— Я просто спросила… — начала было свекровь, но её сын уже сжал челюсть.
— Мама, ты серьёзно думаешь, что мы на это согласимся?
— Но ты же мой сын!
— И?
— И ты должен мне помогать!
Игорь устало провёл рукой по лицу.
— Мам, ты сама отказалась от своего жилья ради Кристины. Ты САМА всё отдала ей. Теперь ты хочешь, чтобы я заплатил за твою ошибку?
— Это не ошибка! — воскликнула свекровь. — Это была жертва ради дочери!
— Так, может, теперь пусть она тебе помогает?
Тамара Павловна замерла.
— Кристина… не может, — пробормотала она.
— Почему? — Игорь сложил руки на груди. — Потому что у неё новые мужчины и новые заботы?
Свекровь не ответила.
Игорь вздохнул.
— Ладно, мама, давай по порядку. Ты у нас уже три недели. Ты хозяйничаешь в нашей квартире, критикуешь Аню, командуешь мной. А теперь ты ещё и хочешь забрать у нас жильё?
— Ну почему сразу «забрать»?!
— Мама. Ты серьёзно думаешь, что мы это позволим?
Свекровь замолчала, явно понимая, что дальше спорить бессмысленно.
Игорь посмотрел на Анну.
— Ань, ты уже приняла решение?
Анна кивнула.
— Да.
Она посмотрела на свекровь и твёрдо произнесла.
— Вам нужно съехать.
Тамара Павловна побледнела.
— Вы… вы правда меня выгоняете?
Игорь сжал губы.
— Нет, мама. Мы предлагаем тебе шанс устроить свою жизнь без чужих квартир и чужих денег.
Свекровь несколько секунд смотрела на них, потом резко развернулась и вышла в свою комнату, громко хлопнув дверью.
Анна перевела взгляд на Игоря.
— Ты понимаешь, что она теперь будет говорить всем, что мы монстры?
Игорь кивнул.
— Пусть говорит. Я устал.
Анна стояла у кухонного окна, скрестив руки на груди. Ветер раскачивал голые ветки деревьев, за стеклом серел утренний город. В квартире стояла напряжённая тишина.
За спиной раздался негромкий звук — скрип открывающейся двери. Анна не оборачивалась. Она знала, кто это.
— Сынок… — Голос свекрови был приглушённым, каким-то дрожащим, но Анна уже знала этот тон. Не дрожь там была — а тщательно разыгранная обида.
Игорь сидел за столом. Он не поднял глаз.
— Что? — сухо отозвался он.
Тамара Павловна сделала глубокий вдох.
— Я уезжаю.
Анна медленно повернулась.
Свекровь стояла в дверях кухни, на плечи наброшен её старый плащ, под ногами — уже собранный чемодан. Она выглядела несчастной, заброшенной, как актриса в дешёвой драме.
— Куда? — спокойно спросил Игорь.
— К подруге, — печально вздохнула Тамара Павловна. — Ну раз вам так тяжело со мной, раз я вам такая обуза…
Анна стиснула зубы, но ничего не сказала.
— Мам, ты знаешь, что дело не в этом, — устало сказал Игорь. — Ты… перегнула.
— Ах, перегнула?! — свекровь всплеснула руками. — Вы, значит, меня выгоняете, а я ещё и виновата?!
— Мы даём тебе возможность жить своей жизнью, — тихо сказала Анна.
— Одной?!
— Без манипуляций, — поправил Игорь.
