— Серёженька! — воскликнет Наталья. — Это всё неправда. Я не понимаю, кому понадобилось распространять обо мне всю эту чудовищную ложь! И я не знаю никого из этих людей. «Ах, чудовищную ложь, — с усмешкой подумаю я. — Людей, говоришь, не знаешь. Ну-ну». — Не знаю, не знаю, — задумчиво произнесу я, глядя куда-нибудь в даль. — Не мне, конечно, судить. Но только, Наташенька, дыма ведь без огня не бывает. — Ах, — воскликнет она. — Неужели ты мне не веришь?! Ведь мы вместе уже почти пятнадцать лет. У нас двое детей! — Хм! Дети! — отвечу я. — При чём здесь они? И вообще! Кого и когда останавливали дети. Тем более в таких делах. Нет, Наташа, ты только пойми меня правильно. Дети здесь вообще ни при чём. А я хочу тебе верить, очень хочу. — Так верь мне! — воскликнет она. — Потому что я никого кроме тебя не люблю и никогда тебя не обману. И всё, что там про меня написано, это ложь. И на фотографиях — не я. — Хорошо-хорошо, — отвечу я. — Допустим. Пусть будет по-твоему. Я тебе поверю. Но только и ты, Наташа, впредь будь более благоразумной. В этот момент она возьмёт меня за руки и посмотрит мне в глаза. В моих глазах будет спокойствие, а в её — слёзы! Слёзы — это хорошо. Слёзы в глазах женщины — это путь к раскаянию. Слёзы — это очищение. Путь, так сказать, к новой жизни. — Я буду, буду! — станет убеждать меня она, сжимая мои руки, — за то, что ты поверил мне, я буду всегда такой, как ты захочешь. И я улыбнусь ей в ответ. Улыбнусь так, как это умею только я. Только я! — Ты никогда больше не станешь спорить со мной, — спокойно скажу я. Не потребую, нет. Как это сделали бы на моём месте другие мужчины. Которые не знают женской психологии. А я знаю женскую психологию. И поэтому я буду разговаривать с ней спокойно. — Во всём будешь со мной соглашаться, — тихо произнесу я, — и перестанешь, наконец, спрашивать меня, где я пропадаю, когда не являюсь вовремя домой и не отвечаю на телефонные звонки. Её глаза тут же просохнут от слёз и счастливо засияют. — Конечно! — радостно воскликнет она. — Ничего такого я делать больше не буду! Господи! Да было бы о чём беспокоиться. Почему раньше так безрассудно вела себя? Так ведь глупая потому что была, Серёженька. Жизни не знала. А вот когда жизнь меня носом-то в это самое ткнула, так я сразу и поумнела. И на твоём месте, Серёженька, я бы попросила намного больше. Честное слово. А это? Тьфу. Так. Ерунда и мелочь. Да за твой такой поступок, за то, что ты не поверил всей этой клевете, которые злые люди возвели на меня, ты теперь можешь вообще делать всегда всё, что захочешь. Слова не скажу. Потому что ты это заслужил! Заслужил твёрдой верой в мою непогрешимость.
От приятных фантазий Сергея отвлёк недовольный голос жены.
