В свои тридцать лет Егор смотрел на жизнь серьёзным, трезво оценивающим реальность, взглядом. Он знал себе цену. На пустяки не разменивался. В отношении женщин иллюзий не испытывал и не позволял садиться себе на шею.
— В этом смысле я не такой, как иные мужчины, — говорил сам себе Егор, — которые, утратив самолюбие и гордость, попали под женское обаяние. Меня на такую ерунду не купишь! Я с женщинами строг, потому что знаю им цену. И знаю цену себе!
Егор, сразу как пришёл из армии, устроился на работу, потом женился на красивой, а главное, послушной ему женщине, потом купил квартиру трёхкомнатную и стал отцом двоих сыновей. И вот всё у Егора вроде бы хорошо, но счастливым он себя не чувствовал.
«С одной стороны, — думал Егор, — это, конечно, замечательно, что у меня и квартира, и жена послушная, и двое сыновей. Всё — о чём мечтал. Но с другой стороны! За квартиру-то ещё двадцать лет выплачивать. А живём-то мы только на мою зарплату. Людмила хоть и послушная, но ведь не работает, а дома сидит целыми днями. Она, может, думает, что таким образом занимается хозяйством и детьми? А мне от этого легче? Кроме того, чего ими заниматься-то? Это ведь дети, к тому же маленькие. Да и хозяйство наше… Не сказать, чтобы очень большое было. Обычная трехкомнатная квартира. По-моему, пора ей перестать дурью-то маяться. Работать идти надо, деньги зарабатывать.»
И, как серьёзный человек, Егор при первой возможности поговорил со своей послушной женой на эту тему.
— Слушай, Людмила, давно хотел тебя спросить, — сказал Егор, — а поработать ты не хочешь?
— Поработать? — не поняла Людмила. — Что ты имеешь в виду?
— Ну, как все нормальные люди работают, чего ещё-то, — ответил Егор. — По восемь часов в день, а иногда и больше. С двумя выходными, а иногда и по выходным. Тебе не приходило в голову, что не только я, но и ты способна доход в семью приносить? Я слышал, что сегодня женщины не только дома по хозяйству всё успевают, но и неплохо при этом зарабатывают. Не меньше мужиков. А иногда даже и больше! Ты об этом не думала?
Людмила молча пожала плечами.
— А зря. Я бы на твоём месте подумал, — сказал Егор.
— Насчёт работы, что ли? — уточнила Людмила.
— Мало ли что в жизни случится, — сказал Егор. — Ведь всякое может быть. А ты не готова к этому. Потому что не думала.
— Что случится-то? — не поняла Людмила. — С кем?
— Со мной, с кем же ещё, — ответил Егор, — что угодно может случиться. С рабочим-то человеком, который не просиживает штаны целый день дома, такое запросто может произойти. Я ведь не ученый какой-нибудь. У станка стою. Так что… Со мной, Людмила, в любой момент может что-нибудь произойти.
— Как это? — не поняла Людмила.
— А вот так! — ответил Егор. — Вот я есть, а вот меня раз — и нет. А ты не готова. Как жить-то тогда будешь, Людмила, когда меня вдруг не станет? Не думала? Чем детей кормить будешь? Сама на что жить станешь?
— Ну, когда тебя вдруг не станет, тогда, конечно, — сказала Людмила, — работать пойду.
