— Что? — переспросил он. — Никогда не пылесосил, спрашиваю? — ответила Серафима. — Так там инструкция есть. Ознакомься. До Антипа так и не доходило, чего от него хотят. Он растерянно переводил взгляд с тёщи на жену, а с жены на коробку с пылесосом. — Мама… — тревожно прошептала Алёна. Серафима отмахнулась от дочери. — Отстань. Не видишь, я с Антипом разговариваю. Ну как, зять? Нравится подарок? К тому времени Антип уже пришёл в себя и стал соображать чуточку лучше. «Только спокойно, Антип, — сказал он себе, — держи себя в руках. Попробуй с тёщей по-хорошему поговорить. А вот если не получится, поговоришь по-плохому». — Конечно… Большое Вам спасибо, Серафима Яковлевна, — сказал Антип, — за подарок, и всё такое. Но, чтобы Вы знали, пылесос у нас уже есть. — И что? У вас и машина была, а вы вторую купили. — С машинами как раз всё понятно. Одна — моя. А вторая — Алёны, — ответил Антип. — Ну, и здесь то же самое. Один пылесос — её, а этот — тебе. — Мне? — Тебе, родной. Кому же ещё-то. У Алёны уже есть. — А зачем он мне? — Не знаешь, зачем пылесос нужен? — Пылесосить. — Ну вот. Ты сам ответил на свой вопрос. — Так у нас уже есть. — Так тот — её. А этот — твой. Личный! — Мама… — испуганно прошептала Алёна. Серафима в ответ просто махнула рукой. — Вы это серьёзно, Серафима Яковлевна? Вы что, думаете, я стану это делать? — А куда ты денешься. Конечно, станешь. Вот прямо сейчас и начнёшь. И я отсюда никуда не уйду, пока не увижу, как ты пропылесосишь всю квартиру. Из принципа. Так что давай. Начинай. Или я обижусь. «Принципы у неё, — подумал Антип. — Обидится она! Тоже мне! Нашла чем пугать. Да обижайся ты сколько угодно. Мне на все твои обиды и принципы начхать и растереть». Антип криво улыбнулся. — Да за кого Вы меня принимаете? — спросил он. — Да я за всю свою семейную жизнь не то что… Я посуду ни разу не мыл. Носок ни разу не постирал. — Научишься, — воодушевлённо ответила Серафима. — Научишься, дорогой! Я в следующий раз привезу тебе такой подарок, сразу научишься и посуду мыть, и стирать. А хочешь, и гладить сразу научу? — Может, Вы не поняли, Серафима Яковлевна, я не тот человек, который позволит кому-то… — Хватит болтать, — строго сказала Серафима. — Читай инструкцию и приступай к делу. Хочу увидеть, как мой подарок работает. Мало ли что. Вдруг он сломан. Тогда обменяю. Давай. Приступай. Серафима уселась в прихожей на стул и уставилась на зятя. — Тянешь время, Антип, — сказала она. — Ты меня знаешь. Я никуда не уйду, пока своего не добьюсь. «Чего она добивается? — думал Антип. — Неужели она не понимает, что прямо сейчас её дочь может лишиться мужа?» — Я ведь могу обидеться, Серафима Яковлевна, — сказал Антип. — Вы об этом не думали? — И что? Пылесось и обижайся сколько влезет. Одно другому не мешает. — Я ведь и уйти могу, Серафима Яковлевна. — Никуда ты не уйдешь, Антипушка. Потому что некуда тебе идти. Разве что к маме своей вернуться. В однокомнатную квартиру. «По-хорошему не понимает», — подумал Антип и решил прибегнуть к суровым мерам. — Серафима Яковлевна, я ведь и вломить могу, — сказал он.
