— К Наталье? У них одна дочка, остальные парни и уже женаты. Удивил, сынок. Не отдаст Степан за тебя единственную дочь.
— Отдаст. Наталья его упросит, любовь у нас, — уверенно сказал Федор.
— А ты там не нашкодил ничего? — осторожно спросил отец.
— Нет. Наталья строгая.
— Задал ты нам задачу. К Наталье, бабы говорили, в прошлом году Лешка Ревякин и Митька — Егоровны внук сватались, так Степан отказал, сказал, что молода еще. А сколько ей лет?
— Двадцать уже, она колледж закончила медицинский, — ответила ему жена.
Как две семьи договорились, никто в деревне не заметил. Со свадьбой решили поторопиться, потому что Касьяновы еще с весны готовились к отъезду. Переезжали в село в Краснодарском крае, где у них жили родственники. Степан уже и дом там купил. Ехали всей семьей: родители, два женатых сына, четверо внуков. Здесь оставляли одну Наталью.
На свадьбе Степан заявил, что дом, как планировал, продавать не будет, оставит молодым.
Все эти события и некоторая поспешность вызвали много сплетен. Некоторые кумушки даже утверждали, что Наталья вот-вот родит. Но ничего подобного не произошло — первенец — сын Вася — появился больше чем через год после свадьбы. А еще через три года родилась Марьяна.
Жили они хорошо, оба работали. Федор — на машинном дворе, Наталья — в ФАПе. Кроме кур, никакой живности не держали, но огород всегда засаживали полностью.
А вот сегодня Наталья выгнала мужа из дома.
Отец посидел, подумал, а потом сказал жене:
— Антонина, давай, дойди до Натальи, поговорите по-женски. Может, скажет она, в чем Федька провинился. Может, помирятся?
Наталья встретила свекровь хорошо. Накрыла стол, поставила чайник, сама начала разговор:
— Тетя Тоня, я знаю, зачем вы пришли, но я Федю не прощу. Обидел он меня. Опозорил. Это сегодня никто ничего не знает, а завтра вам любой расскажет, почему я его выгнала.
— Так мне-то ты можешь сказать? — спросила Антонина.
— Скажу. Пришла сегодня на работу, сижу, карточки заполняю — сами знаете, сейчас все в поле, лечиться людям некогда. Часов в десять приходит ко мне Верка Смирнова. «Не пойму, –говорит, — где болит. И здесь, и сюда отдает». Я ей мазь дала, а она не уходит. А сама вроде как что-то сказать хочет. Ну, я ее и спросила:
— Ты, Вера, еще что-то сказать хочешь?
–Хочу, — говорит.
И рассказала мне, что накануне мужики после работы у них в беседке «отдыхали» — ее Коля, Сергей Воропаев и Федор. Уж не знаю как, но зашел у них разговор о грехах молодости. Николай сказал, что Федор на три жизни вперед нагрешил, а теперь смотри-ка — примерный семьянин. А Сергей у Федора поинтересовался, как ему с одной женой живется после прошлого разнообразия. И Федор ответил: «Нормально живется, Наталья — баба как баба, иногда, правда, словно рыба снулая. А вот была у меня Люба-Любочка — вот это забористая женщина».
— Это он о Любе — продавщице из Покровки, ей сейчас уже за сорок, наверное.
— И это все? — спросила свекровь.
