— Валерия, ты опять сварила этот… клейстер? — Александр выдвинул стул, небрежно уселся и зашаркал ложкой по тарелке. — Ну сколько можно? Я, между прочим, уже давно взрослый мужик, а питаюсь, как в пионерлагере.
— Взрослый мужик? — Валерия вытерла руки о фартук, подняла брови. — Взрослый мужик не ходит по дому в трениках со школьной эмблемой.
— Эти штаны вообще-то модные, — Александр откинулся на спинку стула и по-новому оглядел себя. — Дарья сказала, что я в них выгляжу лет на десять моложе.
— Ну если Дарья сказала, то конечно, — голос Анны дрогнул от сдерживаемого смеха. — Она у нас теперь в моде понимает.
— А ты думаешь, не понимает? — Александр подался вперед, словно ловил момент для удара. — Ей, между прочим, тридцать, а это… — он осмотрел жену с ног до головы, — это всё, что ты можешь предложить? Фартук, вечно закрученные волосы и халат? Как на пенсии.
— На пенсии, Александр, ты, если что, тоже, — парировала Валерия, — но бегаешь по подъезду с модной соседкой, как мальчишка с дрессировщицей.
— Хватит! — Александр встал, едва не перевернув стул. — Ты просто не понимаешь, что мужчинам нужен драйв, лёгкость! А у нас… — он махнул рукой. — Мы даже разговаривать нормально не можем, всё в упрёках.
Валерия подошла к раковине, взяла тарелку мужа и медленно ополоснула её под струёй воды.
— А ты с ней нормально разговариваешь? — тихо спросила она. — Или тоже в упрёках?
— Она вдохновляет, понимаешь? — Александр всплеснул руками. — Её глаза горят, её слова… с ней просто хочется жить! А ты… ты меня давно не вдохновляешь.
Валерия молча открыла шкафчик за чашкой. Поставив её на стол перед Александром, она присела напротив.
— Так и скажи: тебе тридцатилетняя соседка подбросила пару словечек, и теперь ты герой. Думаешь, она искренна? Думаешь, она видит в тебе мужчину, а не способ сбежать от своей меланхолии? Смотри, Александр, я не буду цепляться. Решил уходить — уходи. Но запомни: в погоне за молодостью легко потерять что-то настоящее.
Александр промолчал, сжал челюсти и вышел. Валерия осталась сидеть на кухне, глядя на испачканную скатерть. Она знала: до вечера он не вернётся.
К вечеру напряжение достигло апогея. Александр вернулся в новом свитере, приторно пахнущем чем-то дешевым, но явно импортным.
— Дарья передавала привет, — проговорил он, не глядя в сторону жены.
— Передавала привет? Это… мило. — Валерия закрутила в руках кухонное полотенце. — И что, как там дела у вашей дружбы?
Александр швырнул ключи на полку.
— Не провоцируй. Я просто хочу отдохнуть.
— Отдохнуть? От чего? От семьи? От дома? От сына? — её голос начал дрожать. — От чего ты устал, Александр?
— Я устал от того, что ты всегда меня грузишь! — он вскочил с кресла. — Тебе этого не понять. Дарья меня понимает, а ты… ты меня только осуждаешь!
— Так иди к ней, Александр, если она такая святая! — голос Анны зазвенел. — Что ты всё здесь крутишься? Уходи, если решил.
Стук в дверь оборвал крик. На пороге стояла Дарья. Её яркий макияж контрастировал с усталым выражением лица.
