— Вот именно, — горько согласилась Татьяна. — И что мне теперь делать? Он даже не видит, что поступил неправильно.
— Слушай, ты должна поговорить с его матерью. Может, она надавила на него. Или… — Юля замялась. — Ты уверена, что он сам всё решил?
— Да какая разница? — перебила её Татьяна. — Он это сделал. Неважно, кто подтолкнул. Вопрос в том, почему он решил, что имеет на это право.
На другом конце линии повисло молчание, затем Юля вздохнула.
— Таня, я знаю, ты не из тех, кто сдаётся. Выясни всё. Поговори с ними. Но помни: твоя семья — это не только дом. Это вы с Андреем. Попробуй понять, почему он поступил так, прежде чем рушить всё окончательно.
— Понять? Юля, он поставил меня на последнее место. И ты предлагаешь это понять? — Татьяна с трудом сдерживала слёзы. — Я не знаю, смогу ли вообще ему доверять после такого.
Она сбросила звонок и, тяжело вздохнув, посмотрела в окно. Мысли метались: остаться, попытаться разобраться или сразу поставить ультиматум? Но одно было очевидно — разговор с Надеждой Васильевной неизбежен.
Татьяна поднялась, накинула куртку и вышла из дома. На пороге соседнего участка её уже ждала дверь, за которой находился источник всех её тревог.
—
Татьяна постучала в дверь соседнего дома. Её сердце билось быстрее, чем обычно, но она держала лицо. Дверь открылась, и на пороге появилась Надежда Васильевна.
— Таня? Что-то случилось? — свекровь нахмурилась, но жестом пригласила войти.
— Случилось, — коротко ответила Татьяна, проходя в гостиную. Она остановилась напротив кресла. — Почему вы настояли, чтобы Андрей переписал дом на вас?
Надежда Васильевна медленно села, её лицо было спокойным, но в глазах читалось напряжение.
— Это не совсем так, как ты думаешь, — проговорила она. — Это просто мера предосторожности.
— Предосторожности? — Татьяна не могла скрыть сарказма. — Вы хотите сказать, что я представляю угрозу? Или вы не видите во мне часть этой семьи?
— Таня, не надо так, — свекровь говорила мягко, но её тон был покровительственным. — Я в возрасте, адвокат посоветовал, что так безопаснее. Мало ли что…
— И вы не посчитали нужным обсудить это со мной? — голос Татьяны стал холодным. — Это наш с Андреем дом. Не только ваш.
— Это временно, — пожала плечами Надежда Васильевна. — Андрей сказал, что так будет лучше для всех.
— Для всех? Или только для вас? Вы понимаете, что это предательство? Андрей поступил за моей спиной, но вы это одобрили.
Надежда Васильевна нахмурилась, её тон изменился.
— Таня, если у тебя претензии, иди к Андрею. Я не настаивала. Он сам принял это решение.
— Значит, вы не возражали, — подытожила Татьяна, глядя прямо в глаза свекрови. — Знаете что? Я поговорю с ним. Но скажу вам одно: я не позволю разрушить то, что мы строили.
— Никто ничего не разрушает, — резко ответила Надежда Васильевна. — А ты ведёшь себя так, будто я враг. Всё это временно, потом дом вернётся.
— Когда? После вашей смерти? Или мне ждать ещё одного решения за моей спиной? — в её голосе звучал ледяной гнев.
Надежда Васильевна вскочила.
