Тоня смотрела в окно. Борис шёл покачиваясь к родному дому и разговаривал сам с собой.
— Надя, собирайся! Уходим, — сказала Тоня своей двенадцатилетней дочке.
Они быстро пробежали за стайку, отодвинули доску в заборе, и спрятались в зарослях высокой травы у соседей в огороде. Это самое надёжное место. Борис никогда не догадается искать их здесь. Тоня перебросила сюда старое одеяло, и они прикрывались им в холодные ночи.
Дочку Тоня старалась заранее отправить к матери или к свекрови, но Надя жалела мать, и не хотела оставлять одну.
— Эх, отговаривала же меня мама от этого замужества. Борька непутёвый, любит выпить, и отец у него от пьянки сгинул. Так нет, не послушала. Надеялась исправить его своей любовью и нежностью, — думала Тоня прислушиваясь к звукам, доносившимся из дома.
…Ей было 19 лет. Борис вернулся из армии.
Старший его брат жил в городе и был редким гостем в селе. К тому же, он не одобрял нового материного мужа Игоря, намного младше её. Мать считала старшего брата потерянным для себя. А вот Борис для неё был свет в окошке.
После армии мать одела его с иголочки. На работу не гнала, пусть кровиночка отдохнёт.
Он привёл в дом Тоню и представил, как невесту. Мать была не в восторге.
— Ну и что, что красивая? Работает на пекарне, семья бедненькая, одна мать, отца давно нет. На свадьбу и то нормальных денег не дадут, — выговаривала она сыну.
Сын не обращал внимания. Он любил Тоню и был счастлив.
Свадьба была весёлая и богатая. Не поскупилась свекровь для любимого сыночка. Молодые купили свой дом. В селе можно было купить хороший и недорогой дом. Отчим устроил Бориса к себе на работу в гараж автомехаником.
Сначала было всё хорошо. Выпивал муж только по выходным и по праздникам. Родилась дочь. Свекровь внучку любила, и отчим возился с ней, он считал себя её дедом.
Шло время. Борис стал пить всё чаще, а потом и вовсе уходил в длительные запои. Нормальный человек в трезвом виде, пьяным он был не похож на себя: злой, агрессивный, в такие моменты жена для него была главным врагом и главной мишенью.
Тоня уходила с дочкой к матери, но однажды он ворвался туда, разбушевался, оскорбил мать. Этот вариант спасения Тоня исключила.
Спасаться у свекрови тоже нельзя, у неё давление. Свекровь уговаривала сына полечиться или закодироваться, но тщетно. Он себя алкоголиком не считал.
Летом можно было прятаться в соседском огороде, а зимой Тоня уходила на пекарню. Борис боялся там появляться, после того, как кочегар дядя Петя огрел его увесистой клюкой.
Так и жила Тоня, как на пороховой бочке.
Сколько раз она собиралась уйти от мужа, но свекровь всегда уговаривала, — Ты уйдёшь, он совсем пропадёт. Терпи, может поумнеет. —
… Под утро, когда муж затих Тоня с дочкой вернулись в дом. Она пошла на работу, а Надю отправила к бабушке.
Месяца полтора было тихо. У Нади начался учебный год. Спокойная жизнь расслабила Тоню и она потеряла бдительность, а зря… Борис застал её врасплох, бежать было поздно.
Тоня попала в больницу.
