Санитарки с утроенной силой начали вымывать фантомную грязь.
Никто не смел глянуть в глаза суровой начальнице. Ну, кроме врача-акушера Дениса Васильевича.
— Валентина Ивановна, мое почтение! — он склонился в полупоклоне.
— Фиглярствуешь? — спросила она.
— Как можно? Работаю, аки пчелка! И все на благо демографического положения в стране! — Денис Васильевич изобразил раболепие и покорность.
— Балагур! — бросила она. — В отделении что?
— Сравнительно тихо, — ответил акушер уклончиво, — серединка на половинку. Как обычно, короче.
— Денис Васильевич, ты или отвечай нормально, или заставлю отчет писать!
— Ой, ладно, — он махнул рукой, — поступили трое. Две отстрелялись, одна пока размышляет. С новорожденными неонатологи возятся. Предварительно — все в норме. Мамы спят.
— Хорошо, — кивнула Валентина Ивановна, — ты сегодня остаешься на ночное, Кузнецова ногу сломала, дальше график пересмотрим.
— Вот спасибо! — возмутился Денис Васильевич. — А жить мне когда?
— Денис, вот давай — не надо! У тебя ни девушки, ни жены, ни семьи, ни детей! Даже собаки нет. Что тебе дома делать? Сиди — работай!
— С такой работой у меня никогда никого и не появится, — проворчал он.
— Вот и замечательно! — заведующая похлопала его по плечу. — Ничего не мешает тебе отдаваться работе!
— И вы еще отказываетесь со мной на свидание ходить! — продолжал ворчать Денис Васильевич.
— В качестве поощрения, такое в инструкции не предусмотрено, — Валентина Ивановна улыбнулась, — а в качестве мотивации, я лучше тебе премию выпишу!
— А в качестве счастья в личной жизни мне радоваться успехам в работе?
— Именно! — сказала Валентина Ивановна, оставив Дениса Васильевича «радоваться» внеочередному дежурству.
***
— Я в ординаторской, — сказал он, проходя мимо поста, — трогать меня в самом крайнем случае!
Даже мимо Гали, с которой заигрывал накануне, прошел с каменным выражением на лице.
— И это акушер, — проворчала Михайловна, — тридцать лет санитаркой работаю, а чтобы такого неправильного ДОХТУРА не на своем месте, впервые встречаю.
— Он голодный, наверное, — проговорила Зоя.
Она испытывала симпатию к молодому врачу, но стеснялась с ним даже заговорить.
— А ты иди и накорми нашего ДОХТУРА, — посоветовала Михайловна, — авось подобреет, да и тебя средь нашего цветника заметит!
Медсестры заулыбались, а Зоя покраснела.
***
— Денис Васильевич, — Зоя заглянула в ординаторскую, — я вам бутербродов из кафетерия принесла, — она поставила тарелку на столе, — и у утренней предродовая деятельность началась.
— Что ж ты будешь делать, — он с досадой поднялся с дивана, — готовьте!
— Там это, — Зоя замялась, — совместные, в общем, роды…
— Твою… мать! Еще один кам_ика_дзе на мою голову! Сначала лезут, куда не просят, когда делают того ребенка, потом лезут, чтобы посмотреть, как его вынимают. А потом ЭТОГО откачивать!
