Встреча
Тогда, в тот осенний день, воздух был наполнен запахом мокрых листьев и лёгким дымком от костров, в которых люди жгли опавшую листву. Ветер раздувал редкие капли дождя, кружащие в воздухе, и мне хотелось скорее добраться до дома.
Перед входом в магазин я заметила его: пожилого мужчину в тёмном плаще и сером берете. Он сделал неловкий шаг, зацепился за край ступеньки и резко пошатнулся вперёд. Я подскочила, схватив его за локоть, удерживая от падения.
— Осторожнее, — сказала я, а он внимательно посмотрел на меня.
Глаза у него были странные — серые, пронзительные, будто видящие меня насквозь. На лице пробежала тень удивления, сменившаяся чем-то похожим на печаль.
— Спасибо, девочка, — его голос был хриплым, немного глухим.
Я улыбнулась и уже хотела уйти, но он вдруг добавил:
— За добро всегда платят.
В тот момент я не придала значения его словам. Да и не поняла, к чему они…
Неожиданное наследство
Прошёл месяц.
За окном метался снег, освещённый жёлтыми фонарями. Я вернулась с работы, едва волоча ноги, мечтая только о горячем чае и тишине. В почтовом ящике я нашла письмо, в котором говорилось о каком-то наследстве. Надо же. Раньше мошенники слали письма о баснословных деньгах от неизвестных родственников на электронку, а тут расстарались, на бумаге прислали.
Порвала я письмо и выбросила. Но не тут-то было. Дней через 10 прибыл курьер с пакетом, в котором были какие-то документы и приглашение посетить нотариальную контору.
Пришлось идти к нотариусу.
— Анна Морозова?
— Да… — я напряглась, не понимая, что происходит.
— Мне нужно с вами поговорить. Это касается наследства.
Я непонимающе нахмурилась.
— Какого ещё наследства?
Нотариус, седовласый мужчина, с тяжелым выражением лица достал какую-то папку из сейфа, в ней были документы.
— Виктор Семёнович Князев оставил вам в наследство свое имущество.
Я моргнула, пытаясь вспомнить это имя.
— Но… я не знаю такого человека.
— Он знал вас, — сухо ответил мужчина и показал фото старика. Того, что был у магазина. И тут я вспомнила.
Дом прошлого
Дом, который мне достался, находился в старом районе, где улицы были узкими, а фонари отбрасывали длинные тени. На входной двери висел тяжёлый бронзовый замок, который скрипнул, когда я вставила и повернула ключ.
Я вошла в дом и сразу ощутила запах старой бумаги, дерева и чего-то ещё — неуловимо знакомого.
В гостиной стоял большой дубовый шкаф, рядом — потертое кресло с деревянными, с отшлифованными временем подлокотниками. Всё выглядело так, будто хозяин просто вышел ненадолго.
На стене висели фотографии. Я подошла ближе. На одном снимке молодой Виктор Семёнович стоял с девушкой — у неё были тёмные волосы, уложенные в локоны, и мягкая улыбка.
На обратной стороне фотографии было написано: «Зоя. 1971».
Моё сердце странно сжалось.
Я пошла дальше и остановилась у шкафа в спальне. Когда я открыла дверцу, меня охватило странное чувство. Внутри висели женские платья, аккуратно выглаженные, в целлофановых чехлах.
И тогда в дверь постучали.
Тень прошлого
