Девушка сидела, уставившись в одну точку: так вот, как оказывается, бывает! Ладно бы, она была бы какой-нибудь нескладной. Тогда предательство было бы хоть как-то объяснимо.
Но изменить ей, красавице и умнице, с кривоногой страшненькой Леркой, к которой она Вадима никогда даже не ревновала?
Да и к кому там ревновать-то, я вас умоляю! Оказалось, что было к кому.
Вадим звонил, не переставая. Но девушка сбрасывала звонки. Да и что он мог сказать? Только соврать, потому что произошедшее трактовалось совершенно однозначно.
Когда первый ш ок от увиденного прошел, Зоя потихоньку пошла к родителям, жившим неподалеку.
Именно пошла, а не поехала, чтобы немного остудить мозги. А придя домой, накинулась на ни в чем не повинную бабу Машу.
Их развели, хотя Вадик интенсивно пытался помириться. И многие бы простили оступившегося мужа: бес попутал, милая! Но больше — ни-ни! Даже смотреть в сторону женщин не буду!
Но Зоя стояла на своем, хотя им давали время на перемирие: жаль было разлучать такую прекрасную пару…
— Ну, все — теперь никаких красавцев! — сказала себе девушка, выйдя из ЗАГСа. Бабуля была права!
Выкатившийся следом расстроенный Вадик, не терявший надежды вернуть свою Заиньку, предложил вместе пообедать, но был грубо и неожиданно послан по известному адресу.
Короче, свобода встретит нас у входа: Зоя Павлова стала свободной женщиной.
Через месяц она познакомилась с Николаем. И когда привела его домой представить родителям, все испытали легкое недоумение: кавалер оказался, мягко говоря, не красив.
Да, не красив, но как-то породисто не красив, что ли. И вполне мог быть причислен к тем, кого называют некрасивыми красавцами.
Так бывают некрасивы артисты и артистки, в основе внешности которых лежит, как бы, внутреннее благородство.
Я никогда не была красива, но всегда была чертовски мила, — так говорила о себе одна известная Актриса с большой буквы.
Таких людей часто называют харизматичными. А мужчин еще и брутальными. Да, Николая можно было бы назвать брутальным, если бы не хромота, от которой все вообще при бал дел и: как-то не так сросся перелом.
Да, и что? Зато уж его точно никто не уведет! И изменять он не станет: кому он нужен-то?
А в комплекте с хромотой шла роскошная трость с большим набалдашником: эдакий прихрамывающий Шерлок Холмс, елы-палы… Кстати, кавалер из верхней одежды предпочитал пальто.
— Ну-ну, — многозначительно произнес папа после его ухода.
— С лица воду не пить, — осторожно добавила бабуля, видевшая жениха внучки только мельком: не дай Бог, она привяжется и к этой пословице…
— Теперь довольны? — поинтересовалась Зоя.
— А нам-то что? Это ты должна быть довольна! — сказала мама, которой очень нравился Вадим.
А Зоя стала варьировать: ведь такое впечатление некрасивый Николай производил на всех — это было видно по недоуменным взглядам окружающих, означающих «и чо ты в нем нашла?».
