Марина протянула руку и задернула тюлевую занавеску. Вечернее солнце било в глаза, мешая любоваться новой расстановкой мебели в гостиной. Три года совместной жизни с Игорем, и вот наконец-то они обустроили квартиру именно так, как мечталось: светлые стены, минимум деталей, просторно и уютно.
— Как думаешь, может, диван лучше поставить ближе к окну? — Игорь оторвался от экрана ноутбука и взглянул на жену. — А то мне кажется, здесь проходить неудобно.
— Да ты что! — Марина подошла к мужу и обняла его за плечи. — Отец именно для этого угла выбирал. Помнишь, как мы все вместе ходили по мебельным салонам? Сказал, что здесь идеально смотреться будет.
Игорь слегка поморщился, но промолчал. Упоминания о том, что квартира была подарком от тестя, всегда вызывали у него смутное чувство неловкости. Конечно, он благодарен, что Маринин отец помог им с жильем — сами бы они еще лет десять снимали. Но в глубине души ему хотелось быть тем, кто обеспечивает семью крышей над головой.
Телефон Игоря зазвонил, прерывая их разговор. На экране высветилось «Мама».
— Привет, ма, — Игорь вышел на балкон, прикрыв за собой дверь.
Марина вздохнула. Каждый разговор с Галиной Сергеевной неизменно заканчивался одним и тем же — напряжением между ней и мужем. Свекровь обладала удивительной способностью находить болевые точки в их отношениях и давить на них с поразительной точностью.
— Что случилось? — спросила Марина, когда Игорь вернулся с балкона. Лицо его было бледным, а в глазах читалось смятение.
— У мамы проблемы с квартирой, — он присел на подлокотник дивана. — Дом признали аварийным, расселяют. Ей предлагают какую-то конуру на окраине, а она отказывается.
— И? — Марина замерла, предчувствуя, к чему идет разговор.
— Она хочет пожить у нас. Временно, пока не разберется с жильем.
Комната будто сжалась вокруг Марины. Галина Сергеевна в их доме? Женщина, которая с первой встречи давала понять, что невестка недостаточно хороша для ее сына? Которая критиковала каждое ее решение, каждый шаг?
— Нет, — твердо сказала Марина. — Извини, но нет. Ты же знаешь, что мы не уживемся под одной крышей.
— Марин, это моя мать! — в голосе Игоря появились стальные нотки. — Она одна, ей шестьдесят пять. Куда ей идти?
— К своей сестре в Подмосковье. К подругам. В конце концов, пусть возьмет то жилье, которое ей предлагают, и поменяет потом!
— Ты не понимаешь…
— Нет, это ты не понимаешь! — Марина почувствовала, как внутри поднимается волна гнева. — Вспомни, как она говорила, что я вышла за тебя из-за денег. Как на нашей свадьбе устроила истерику из-за того, что ее не посадили в центре стола. Как ляпнула при всех родственниках, что я, наверное, не смогу родить тебе здоровых детей!
Игорь смотрел в пол, и это молчание было красноречивее любых слов. Он все помнил.
— Послушай, — Марина взяла себя в руки. — Давай поможем ей деньгами на съемную квартиру. Или поищем варианты обмена. Но жить вместе мы не будем.
— Я подумаю, — пробормотал Игорь, но глаза его оставались холодными.
