— То есть, во времена, когда у нас были финансовые трудности, ты имел в запасе некоторую сумму и просто молчал.
Когда мы занимали у знакомых деньги на свадьбу Лизы, ты молчал?
Когда потом больше года мы раздавали долги, ты опять молчал?
Я аплодирую тебе. Это просто за гранью моего понимания.
— Ну, я же извинился, — попытался оправдаться муж.
47-летняя Марина и ее муж 50-летний Петр были среднестатистической семейной парой. Они состояли в браке 25 лет.
Марина работала учителем русского языка в школе, а муж водителем рейсового автобуса. У пары было две дочери Карина и Лиза.
На протяжении всей семейной жизни Марина и Петр испытывали материальные трудности. Помочь молодой семье было некому.
Родители женщины были лишены родительских прав, едва девочке исполнилось 15 лет. Подростком она оказалась в детском доме.
Петра воспитывала одна мама.
После свадьбы молодожены поселились в однокомнатной квартире, которую девушке предоставило государство как сироте.
В этом жилье семья ютилась почти пять лет, с двумя маленькими дочерями.
После см ерти свекрови, Петя унаследовал двухкомнатную квартиру. Это позволило продать обе квартиры и переехать в трехкомнатную.
Марина вздохнула с облегчением, теперь у девочек, наконец, появилась собственная комната, а у них спальня.
Жили они небогато, но дружно. Старались правильно воспитать детей. Когда пришло время давать девочка образование, Марина стала подрабатывать репетиторством, а Петя по выходным работал таксистом.
Карина и Лиза окончили ВУЗы, обе вышли замуж за хороших парней. Старшая дочь уже подарила Пете и Марине внука.
Только к 25-й годовщине брака, супруги осознали, что могут пожить, как говориться, для себя.
Марина с момента переезда в новую квартиру мечтала о ремонте, качественном и современном. Но года шли, а возможности отремонтировать жилье не было.
И вот совсем недавно выяснилось, что неблагополучная мать Марины, с которой женщина не общалась с момента, когда дочь забрали органы опеки, оставила в наследство дочери небольшой домик в поселке.
— Знаешь, Петя, — начала разговор Марина. — Я, наверное, плохой человек, но мне совершенно безразлично, что этой женщины, которая является моей биологической матерью, больше нет.
Этот домик в наследство, пожалуй, единственное, что я смогу вспомнить о ней хорошего.
— Да уж, — согласился муж. — Больше тридцати лет ни слуху ни духу и вдруг наследство.
Наверное, решила по совести поступить напоследок.
Марина вздохнула.
— Давай продадим его и сделаем в квартире ремонт, — мечтательно сказала женщина. — Конечно, много за него выручить не удастся. Как ты думаешь, нам хватит такой суммы?
— Даже не знаю, но предлагаю попробовать. Честно говоря, жить в такой ветхости уже сил нет.
Спустя полгода супруги уже планировали предстоящий ремонт. Вот здесь и выяснилось, что отделку каждый представлял себе по-своему.
Марина мечтала о шикарной кухне, которую хотела соединить с другой комнатой и сделать столовую зону.
