Анна смотрела, как они копошатся в прихожей, как муж бросает на неё виноватые взгляды. Когда дверь закрылась, она медленно сползла на пол и разрыдалась. Три дня из дома не выходила. Телефон звонил без конца. На четвёртый день пришла Наталья — у неё одной, кроме Сергея, был ключ.
— Господи, Аня, что случилось? — ахнула подруга с порога.
Наташка заставила её умыться, принять душ, а потом долго слушала, не перебивая.
— Какая сволочь, — выдохнула она. — И что делать будешь?
— Не знаю, — Анна смотрела в окно, за которым хмурился октябрь. — Всю жизнь ему отдала, дом строила. А он решил, что можно на два фронта жить.
— Разводись, — отрезала Наталья. — И гони его отсюда.
Анна покачала головой.
— Не могу. У меня же никогда никого, кроме него. Как я одна?
— Слушай меня, — Наташка сжала её плечи. — Ты сильнее, чем думаешь. А он тебя не стоит, раз готов так поступить.
Назавтра явился Сергей. С ключом, конечно. Анна в гостиной сидела, с чаем, причёсанная.
— Нам надо поговорить, — начал он с порога.
— Присаживайся, — она кивнула на кресло.
Серёжа измятый какой-то, не выспавшийся.
— Прости меня, Аня, — начал он. — Я не хотел тебя обидеть.
— Но обидел, — просто сказала она. — И теперь хочешь, чтоб я тебя делила с девочкой, которой ты в отцы годишься.
— Вика не просто девочка, — обиделся Сергей. — Она умная, с образованием. И она…
— Любит тебя? — Анна горько усмехнулась. — Я тоже любила. Двадцать пять лет любила, ждала, поддерживала. А что получила?
Сергей опустил голову.
— Я не хочу тебя терять. Правда не хочу.
— Но и с ней расставаться не собираешься, — закончила Анна. — Эгоист ты.
Целую неделю она ворошила прошлое. Фотографии смотрела, вещи их перебирала. Вспоминала, каким Серёжа был молодым — ангелом-хранителем её называл, судьбой. Когда же всё сломалось? В какой момент она стала просто удобной частью жизни?
Сергей решил, что гроза миновала, раз она не скандалит. Стал еду приносить, цветы. Однажды опять с Викторией на пороге нарисовался.
— Мы с пирогом, — улыбка у девчонки вышла кривоватой.
Анна их впустила, наблюдая, как они осваиваются. Виктория дёрганая какая-то, нервничает. Сергей наоборот, уверенный.
— Давай попробуем поладить, — сказал он. — Просто пообщаемся. Вика старается.
— Почему нет? — Анна улыбнулась.
Виктория аж засветилась, не ожидала, что так просто будет.
Две недели тянулся этот театр абсурда. Сергей приходил один или с Викторией. Обедали втроём, болтали о фильмах, книгах. Со стороны — дружеская встреча. Но в воздухе висело напряжение.
Виктория скоро начала нервничать. Видела, как они с Сергеем друг друга с полуслова понимают, как над общими шутками смеются. Стала звонить при Анне, внимания требовать, истерики закатывать.
— Поговори с ней, — сказала Анна, когда Вика в очередной раз в слезах сбежала. — Она не справляется.
— Привыкнет, — отмахнулся Сергей. — Ревнует просто.
— Не привыкнет, — качнула головой Анна. — Никто бы не привык.
