Когда Ире было шесть лет, незнакомый дядя с золотым зубом предложил ей конфету. Вообще-то, мама говорила Ире, что брать сладости у незнакомцев нельзя, но эта была ее любимая «Ласточка», и Ира схватила конфету, крепко зажмурившись и ожидая грома небесного, как предвещала мама.
Ничего не случилось. Дядя улыбнулся ей, легонько щелкнул по носу и велел слушаться маму. А Ира и так слушалась, иначе мама доставала скакалку и…
Вот и в тот вечер мама без скакалки не обошлось. Мама нашла в кармане ее курточки смятый фантик от конфеты и принялась допрашивать, где Ира ее взяла. Врать матери — последнее дело, это Ира знала твердо. И все рассказала.
Как мама кричала! Ира боялась, у нее перепонки лопнут. А уж сколько раз ей скакалкой досталось, думать страшно — хорошо, что Сашка заплакал, и мама бросилась к нему, тут же забыв про дочь.
Мама Иру не любила, и Ира это прекрасно знала.
При этом мама просто обожала своего второго ребенка — младшего брата Иры по имени Саша. Он был младше Иры на три года. Ира сначала тоже его любила — он был маленьким забавным карапузом. Но когда брат подрос, любить его стало очень сложно: почему-то Сашка получился именно таким, каких Ира терпеть не могла.
— Мамочка, ты так вкусно готовишь, можно мне добавки? — елейным голоском спрашивал он.
Мама готовила откровенно плохо — вечно то пустой капустный суп, то лапшу с майонезом. И Сашка сам потихоньку суп этот в унитаз выливал, Ира собственными глазами видела. Но мама ему верила: сразу расцветала, говорила, что он — ее единственная радость в этой треклятой жизни. И вечером сама решала за него математику или заставляла Иру это делать. И утром, когда они шли в школу, она будто бы незаметно пихала ему в карман деньги. А когда Ира у нее просила на школьные обеды, говорила, что денег нет — пусть она к папе обращается.
Папа дома бывал редко. Он работал в милиции и все время был на задании. Пару раз Ира видела это задание — невысокая полненькая блондинка с напомаженными губами. Ее он водил в кафе и катал на такси, а если Ира просила у отца денег, называл дочь тунеядкой и велел показать дневник. И Ира перестала просить, потому что в дневнике вечно было красным красно, и уж мама никогда не забывала наказать ее как следует.
Мама Иру не любила, и Ира это прекрасно знала.
Когда Ира заикнулась о том, что после девятого класса поедет в Екатеринбург поступать на модельера, мать снова выпорола ее, хотя Ира была уже достаточно взрослой для этого — умела огрызаться и грозилась уйти из дома. Когда противный толстощекий Сашка ввалился в комнату и сказал: «Мамочка, успокойся, у тебя же больное сердце, тебе нельзя волноваться!», та оставила Иру в покое, но это Иру только разозлило. Тоже мне, защитник нашелся!
В Екатеринбург она все равно уехала и в колледж поступила: украла у отца деньги из кошелька, оставила записку на кухонном столе. Оказалось, что про сердце мама не врала — после этого она попала в больницу, а отец приехал за Ирой, требуя вернуться домой.
