— Так, вот ваша комната. Она конечно небольшая, но уютная. Думаю, вам тут будет удобно. Завтрак у нас в восемь, обед в час, и ужин в семь часов. Все кто у нас работают, питаются на кухне. Поговорите с Анфисой, она вам расскажет наш распорядок. Все вопросы, которые у вас возникнут при уборке, задавайте так же ей, она вам все объяснит. Располагайтесь, и приступайте к работе. У меня всё, у вас ко мне есть какие-нибудь вопросы?
— Нет, мне всё понятно, — пролепетала Наташа.
Она и сама не понимала почему, но ей было страшно. Ей всё время казалось, что Инна вот-вот сорвется, выскажет ей всё, что о ней думает, и вышвырнет на улицу. И ведь будет права! Несколько лет назад, она сама с ней так поступила, и ведь выгнала, по сути, ни за что. Просто ей не нравилось, что она такая молодая, энергичная, и красивая. А теперь Наташа боялась скорей не за себя, понимала, что это будет заслуженно, а скорей боялась, как она будет смотреть в глаза Рите, которая скажет, ей, что ничего не умея и не делая, она и тут умудрилась всё испортить. Устроившись в комнате, Наташа вышла, и пошла на кухню, к той самой Анфисе. Повариха, толстая, румяная женщина, встретила её с улыбкой.
— Вы новенькая? Как я рада вас видеть. Проходите. Сейчас я вас чаем напою, с пирогом, и всё быстренько расскажу. Здесь ничего сложного!
Наташа прошла к столу, села на стул, и с любопытством стала наблюдать за Анфисой. При своих габаритах, та двигалась по кухне с грацией балерины. Всё у нее было легко, и грациозно.
— Хозяина и хозяйку ты уже видела. Скажу сразу, прекрасные люди. Поверь, если ты будешь всё делать как надо, то они отнесутся к тебе соответственно. Платят они щедро. Это в объявлениях пишут, что зарплата небольшая, но это неправда, сама увидишь. Только смотри, они любят честных, и трудолюбивых людей. А знаешь почему? Потому что сами такие. Хотя вижу ты женщина не глупая, и порядочная. Давай вечером посидим с тобой, поболтаем. К нам ещё и Лида подойдёт, и Майя. Посидим, узнаем друг друга поближе. Увидишь, они тоже очень хорошие. У нас вообще коллектив прекрасный подобрался, думаю, и ты в него вольёшься. Ну, а теперь пора за работу. У нас тут прохлаждаться нельзя, потому что потом не успеешь ничего.
К концу дня, Наташа с трудом держалась на ногах. С непривычки болела спина, ноги, а руки вообще тряслись. Она зашла в свою комнату, и рухнула на кровать.
Дом был огромным. Она и не думала, что труд уборщицы такой тяжёлый. Она целый день ходила, вытирала, убирала, мыла и драила. Она не понимала, ведь и так все чисто, зачем каждый день намывать это всё снова и снова. Когда она спросила это у Анфисы, та недоуменно на неё посмотрела.
— Странные у тебя вопросы, а как иначе. Ведь мы у себя дома тоже каждый день влажную уборку делаем, и не задумываемся, для чего это. А тут сама видишь, какие хоромы, и запускать их никак нельзя. Так что работай, и такие глупые вопросы не задавай.
