Жизнь постепенно налаживалась. Прошло уже две недели, а Егор Марину не нашел. И это девушку радовало. Появилась некоторая надежда и даже уверенность, что не найдёт никогда.
Марине нравилась работа, люди — добрые и простые. Администрация выполняла любую её просьбу в плане оборудования, лекарств и обустройства.
Всё чаще и чаще стал захаживать к девушке Михаил. То стул в кабинете починит, то свет отремонтирует… И смотрит так, что сердце в пятки падает.
Только у Марины, как сердце место своё менять начинало, сразу Егор вспоминался: — Тот тоже когда-то так смотрел…
Не получалось у девушки сердце новой любви открыть…
Михаил уже и так, и эдак. И даже к деду Матвею потихоньку подошел.
А тот и говорит: -Ты погодь, Михаил со своей любовью! Досталось ей по жизни, да так, что собственной тени боится…
И рассказал Матвей всю историю Марины.
-Ты, главное, сейчас рядом просто будь…
А однажды в выходной день, когда у Марины было особенно хорошее настроение, и она, напевая что-то себе под нос, помогала бабе Поле по хозяйству, появился Егор.
Марина как раз встала на стул, чтобы снять шторы, которые она собиралась постирать, да так и замерла, когда увидела чёрную машину, которая медленно подъехала к дому и остановилась у ворот.
Эта машина была похожа на какую-то фантастическую хищную рыбу, которая сейчас откроет рот и проглотит её и Оленьку. И ничего этой рыбе за это не будет, просто потому, что она ненастоящая.
От ужаса всего происходящего, Марина не могла даже пошевелиться. Девушка оцепенела, застыла на стуле, как памятник, крепко прижимая к груди шторы.
***
Егор стоял на пороге и ухмыляясь смотрел на неё! Ему нравилось, что Марина его боится, это заводило его.
-Что, думала не найду? А я вот нашёл! Легко! Ты же знаешь, для меня нет ничего невозможного, особенно, если дело касается тебя. — спокойной приближаясь к ней, как удав к добыче, говорил он.
Марина опомнилась, спрыгнула со стула.
-Убирайся! Я подала на развод! Я не позволю больше над собой издеваться…
-Мариночка, что ты такое говоришь, когда это я над тобой издевался? Я всегда тебя любил.
-Убирайся! — закричала Марина.
-Ладно, всё, хватит! Быстро собирайся и домой! Ишь ты… — Егор нецензурно выругался, его глаза наливались кровью и он стал похож на бешеное животное.
-Отойди от неё! Быстро!
В проёме стоял дед Матвей с охотничьим ружьём в руках.
-Ты что, дед, в тюрьму хочешь?
-Да мне плевать! Зато такая тварь как ты по земле ходить не будет! Убирайся, я тебе сказал. В прихожей послышался какой-то шум, в комнату ворвался Михаил с железным прутом в руке.
-Это ещё кто? Хахаля себе завела? — далее следовало непечатное словцо, обозначающее женщину с пониженной социальной ответственностью.
Но, почувствовав силу на стороне врага, Егор попятился, дьявольский огонь в его глазах сменился испугом загнанного зверя. За окном послышался какой-то шум, гам, потом кто-то крикнул: «Ребята, там какой-то хмырь городской нашу фельдшерицу силой увозит, айда за мной! „.
