Роберт усмехнулся, когда я спросила, почему он сделал семейную карту только для своих родственников. Уверенно заявил:
— Они моя семья, значит, им положена семейная карта. Разве с этим есть проблема?
Если бы ты знала, кто приютил тебя, когда ты осталась совсем одна, ты бы не говорила такие вещи.
Его самоуверенный тон застал меня врасплох. Я задумалась, всегда ли он был таким. Он добавил:
— Если ты благодарна, делай больше для моей семьи, тогда я признаю тебя частью семьи. Пока что это будто временное разрешение.
Эта идея «испытательного срока» в браке была для меня в новинку. Но Роберт продолжил настаивать, что я пока не являюсь полноценным членом семьи. Если мне что-то не нравится, я могу уйти в любой момент. На данный момент наша «семья» — это всего лишь они впятером. А нас с ними он назвал бесполезными паразитами.
Я поняла его отношение и без лишних разговоров отменила все совместные кредитные карты. А потом просто собрала вещи и ушла.
Меня зовут Настя, мне 27 лет, я фриланс-иллюстратор. Раньше работала в крупном рекламном агентстве, но после свадьбы с Робертом два года назад ушла в свободное плавание.
Моих родителей не стало, когда я была маленькой. Меня воспитывали бабушка и дедушка по материнской линии. Когда поступила в университет, вернулась в квартиру в центре города, где раньше жила с родителями.
С Робертом я познакомилась в итальянском ресторане, где он работал официантом. Мы быстро сблизились, вскоре нас стали считать парой, а потом последовала неожиданная свадьба. Тогда я его любила. Решила уйти с работы, чтобы работать на себя.
Роберт остался в ресторане, работал в разное время, из-за чего нам было трудно придерживаться стабильного распорядка. Несмотря на это, наш брак начинался счастливо.
Примерно через год Роберт вдруг заявил, что его семья хочет приехать в гости. Я согласилась, хотя до этого почти с ними не общалась. Решила, что это хороший шанс их лучше узнать. Я всегда восхищалась идеей большой семьи, ведь своих родителей потеряла рано.
Но когда его семья прибыла, я потеряла дар речи.
Его 32-летняя сестра, на пять лет старше нас обоих, сразу же спросила:
— Где моя комната?
Её грубая манера резко контрастировала с вежливым первым знакомством. Его младшая, 18-летняя сестра стояла в стороне, молча. Несмотря на их холодное поведение, я проводила сестёр в гостевую, а родителей Роберта разместила в комнате, которая раньше принадлежала моим родителям. Это была единственная комната в японском стиле, и я подумала, что им там будет комфортнее.
Как только они обустроились, старшая сестра Роберта заявила:
— Раз уж теперь мы живем вместе, ты должна начать правильно обслуживать нашу семью.
Я в недоумении посмотрела на Роберта в поисках поддержки, но он лишь смеялся, как я никогда раньше не видела.
Выяснилось, что его семья просто избавилась от своего дома и переехала в мою квартиру, даже не спросив меня. Роберт, извиняясь, объяснил, что им пришлось срочно выехать, а другого жилья у них нет.
