Артём устроился на крыше старого гаража, свесив ноги и наблюдая, как закат окрашивает небо в густые оттенки оранжевого и розового. Внизу город жил своей жизнью: люди торопились домой, гудели машины, фонари начинали мягко светиться. Он сжимал в руках свою старенькую зеркалку — не просто камеру, а инструмент, через который он видел мир иначе. Фотография была для него чем-то большим, чем просто увлечение, хотя отец не разделял его энтузиазма. — Кому сейчас нужны фотографы? — говорил он. — Вон, твоя сестра учится на экономиста, а ты чем занимаешься? Щёлкаешь всё подряд?
Мать лишь тяжело вздыхала, не желая вмешиваться в их споры.
С крыши было видно парк, где росли их любимые липы. Именно там он впервые встретил Юлю.
Юля мечтала о путешествиях. Она с детства обклеивала стены своей комнаты картами и открытками из разных стран. Когда другие девочки собирали наклейки или фантики, она зачитывалась путеводителями.
— Лондон, Париж, Нью-Йорк… Представь, Артём, однажды мы будем гулять по этим улицам, — часто говорила она, глядя в небо.
Её родители поддерживали мечты дочери, но не во всём. Отец считал, что её тяга к иностранным культурам отвлекает её от реальной жизни.
— Учись, а потом думай о поездках, — повторял он. — В России тоже есть хорошие университеты!
Но Юля была упряма. Юля подала документы сразу в несколько зарубежных университетов, хотя до последнего не верила, что её куда-то примут. Это было похоже на игру — попытаться, но не строить иллюзий. Но когда на её почту пришло письмо с заголовком «Поздравляем! Вы приняты в Лондонский университет», её руки задрожали. Она держала письмо не выпуская из рук, перечитывая его снова и снова.
Теперь та самая её заветная мечта стала реальной и вместе с радостью пришёл страх.
— Ты серьёзно? — Артём посмотрел на неё с болью в глазах.
Они сидели на той самой крыше, где всегда обсуждали планы на будущее. Только теперь их будущее разделяла тысяча километров.
— Да, — тихо ответила Юля. — Я не могу отказаться от этой возможности.
— И что теперь? Мы просто забудем друг друга?
Она опустила голову. Ей было больно. Они вместе прошли через школу, через ссоры с родителями, через мечты и страхи. Как теперь всё оставить позади?
— Мы будем общаться, писать, созваниваться, — пыталась она убедить его.
— Ты сама в это веришь?
Молчание.
Друзья не понимали его.
— Чувак, это жизнь, — сказал Димка. — Ты найдёшь другую. В Воронеже полно девушек.
Но он знал, что другой такой не будет. Юля готовилась к отъезду. Они проводили вместе каждую свободную минуту, но это не облегчало боль расставания. В аэропорту он сжал её ладонь в последний раз.
— Я дождусь, — прошептал он.
— Я вернусь, — ответила она, улыбаясь сквозь слёзы.
