— Просто мы с Машенькой гуляли и мимо проходили. Вот и решили заглянуть, — сказала Марина. Анна Григорьевна выглядела растерянной. Пройдя в комнату, Марина заметила стол и расставленную посуду на нем, на кухне уже ждали салаты в красивых салатниках, а пирог в духовке источал необыкновенный аромат. — Ты кого-то ждешь? — спросила Марина.
— Ларочка с Алексеем вот-вот должны приехать, — вздохнув и отведя взгляд, ответила мать. — И родители Леши с ними…
— Вот это дела! А почему меня не предупредили! Мы бы с Никитой обязательно пришли повидаться и с будущим зятем познакомиться! — удивилась девушка.
— Да куда тебе с маленькой дочкой по гостям ходить, — отмахнулась Анна Григорьевна. — Вдруг еще испугается незнакомого человека…
— Что за ерунду ты говоришь, мама! Маша, наоборот, ко всем ручки тянет и каждому улыбается!
— Дочка, ты бы шла домой! Я потом тебе все объясню, — сказала мать.
— Мама, ты серьезно?! Марина вытаращила на нее глаза, не понимая, что происходит. Сестра с женихом вот-вот приедут, а мать выставляет ее за дверь!
Анна Григорьевна нетерпеливо поглядывала на часы, протирая столовые приборы кухонным полотенцем, молчала. — Никуда я не уйду! — твердо заявила Марина, сложив руки на пухлой груди. — А ну-ка, рассказывай мне, что происходит! Почему ты меня выпроваживаешь? Разве я не должна узнать, как и где будет проходить свадьба сестры, что они планируют и какие у них планы?
— Я хотела потом тебе все сказать, но раз уж так вышло… — помявшись немного, сказала Анна Григорьевна. — В общем, Ларочка не хочет, чтобы ты была на ее свадьбе. И с женихом и его родителями знакомить тоже не хочет. Марину словно ледяной водой окатили от такой новости! — Понимаешь, Ларочка очень переживает. Она ведь у нас стройная, как тростиночка, а ты вон, сколько лишнего веса набрала! Вот Лариса и боится, что жених и его родители подумают, что она после родов тоже такой толстой будет! Поэтому и не хочет тебя знакомить с ними… Пораженная такими словами до глубины души, Марина одела дочку и вышла из дома. Толкая перед собой коляску, она с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться, и только дома дала волю слезам. Даже в самом дурном, страшном сне, она не могла представить, что родная сестра будет стесняться и сторониться ее из-за лишних Марининых килограммов. Разве это повод, чтобы так ее обижать?
