— Вместе? — она усмехнулась, но без злости. — Мы здесь живём меньше года. И только сейчас ты понял, что нам тесно?
Марк сделал глоток чая.
— Просто… я хочу больше пространства. Мы ведь не студенты. У нас семья. Я хочу думать о будущем. О детях.
— Детей ты вспомнил, когда понадобилась площадь?
Он вздохнул. Не так он хотел начать.
— Это не упрёк, — сказал он. — Но я действительно хочу, чтобы мы сделали следующий шаг. Вместе.
Вера немного помолчала, затем медленно произнесла:
— Я несколько лет копейка к копейке собирала на эту квартиру. Жила впроголодь. И теперь ты просишь меня ею рискнуть. Ради твоей идеи?
— Не идеи. Нашей. Мы же семья.
— Ты получаешь хорошие деньги. Почему не копил? Почему теперь предлагаешь рискнуть моим имуществом?
— Я не думал, что всё так повернётся, — тихо сказал он.
— Ну вот и думай. А я не собираюсь всё начинать заново. С нуля.
Она вернулась к работе. Марк знал: разговор окончен. Пока что.
В тот вечер Марк долго сидел за компьютером, изображая интерес к игре. Он нажимал на клавиши, щёлкал мышью, делал вид, что сосредоточен, но в голове не укладывалось: почему Вера так категорична? Ведь он не просил у неё денег — только предложил совместный шаг.
Вера вязала на диване. Её руки механически двигались, моток катился по пледу, но глаза были устремлены куда-то в сторону. Марк краем глаза наблюдал за ней. Он знал — если сейчас заговорить, будет скандал. Лучше отложить.
— Потише можно? — бросила она, не поворачивая головы. — Этот звук меня сводит с ума.
— Я почти закончил, — буркнул он, хотя сам понимал — не игрой дело занято, а отрешённостью.
— Каждый вечер ты почти заканчиваешь, — отрезала она. — А я каждый вечер доделываю заказы, пытаясь не думать о том, что мне снова одной тянуть квартиру и счёт за свет.
Марк хотел что-то сказать, но не стал. Просто выключил звук и уткнулся в монитор.
Через пару дней они поехали в гости к его родителям. За столом, как обычно, была вся семья: мать, отец, брат Лёша — тот самый, что вечно без работы, но с претензиями.
— Брат, выручи. Опять задержали выплату, — проговорил Лёша, ковыряя вилкой в салате. — Ты же знаешь, верну.
Марк вздохнул. Он уже знал, к чему идёт. Только хотел достать кошелёк, как Вера перебила:
— А может, хватит? Может, пора учиться зарабатывать, а не клянчить у брата?
— Вера, не начинай, — нахмурилась его мать. — Лёша просто в сложной ситуации.
— Лёше двадцать девять. Сложная ситуация у подростков, а у взрослых — ответственность, — Вера говорила ровно, без агрессии, но от её интонации все за столом притихли.
— Он наш сын, — тихо сказала мать. — Ты бы поняла, если бы имела своего ребёнка.
Вера сжала губы, но промолчала.
Уже дома, вечером, она сказала:
— Марк, я серьёзно. Ты кормишь Лёшу деньгами и рассчитываешь, что он в какой-то момент изменится? Он не изменится, пока вы все вокруг делаете вид, что это нормально.
— Это мой брат, Вера. Я не могу его бросить.
