Александр Иванович нервно мерил шагами просторную гостиную. Света, убаюкивая новорожденную дочку, сидела в кресле у окна. — Нет, ты скажи мне, опять начинается? Сколько раз мы с тобой на эту тему беседовали? Не понимаю, Света, ну зачем он тебе нужен? — в который раз повторил Александр Иванович, останавливаясь перед дочерью. Света вздохнула, не отрывая взгляда от спящего личика малышки. — Папа, ну он же отец ребенка. Я не хочу лишать его возможности видеть дочь. Не могу я ему запретить, понимаешь? Денис захотел с малышкой познакомиться, я ему разрешила. — Отец! — фыркнул Александр Иванович, — отец, который пропивает все до копейки? Отец, который тебя на раннем сроке бросил, потом деньги обманом вытянул и опять на несколько месяцев пропал? Свет, ты вообще думаешь, что делаешь? Не нужен он тебе! Ни в качестве мужа, ни в качестве отца моего внучки! Он тяжело опустился в кресло напротив Светы. Воспоминания о том периоде все еще вызывали приступ гнева. Света молча вздыхала — возразить отцу ей было нечего. В душе женщины снова поселилась надежда на то, что Денис все-таки изменится. Отца Светлана не послушала — пока тот был на работе, Дениса притащила в свою квартиру. Обросший, неопрятно одетый мужчина потянулся к новорожденной дочери. Света почувствовала отвращение, но промолчала: — Ты глянь, как на меня похожа, — ощерился Денис, — Светка, просто моя копия! Как назвала? — Машей, — ответила Света, — в честь моей мамы. — С ума сошла, — взвился Денис, — нельзя детей в честь покойников называть! Говорят, что ребёнок так может на себя чужую судьбу взять. Мать твоя рано умерла, ты сама мне говорила. И вообще, имя мне это не нравится! Я хотел бы, чтобы дочку мою звали Татьяной — в честь моей первой любви. — Мама хорошим человеком была, — раздражённо бросила Света, — и во всякие суеверия я не верю. Посмотрел на ребёнка? Познакомился? Теперь уходи! Папа скоро вернётся с работы, и если он тебя здесь увидит, Денис, мало тебе не покажется. Ты прекрасно об этом знаешь. — Отец, отец, — передразнил жену Денис, — ты когда под его дудку плясать перестанешь? Я тебе, Светочка, рассказать кое-что хочу. Твой отец тебя за двести пятьдесят тысяч продал! — В каком смысле? — не поняла Светлана, — что значит — продал? — Ну, он мне двести пятьдесят тысяч дал, чтобы я навсегда из жизни твоей исчез, — ухмыльнулся Денис, — честный человек, правда? Так о дочери своей заботится, что готов счастья женского её лишить! А ты, дурёха, продолжаешь ему в рот заглядывать и к каждому слову прислушиваться!
