— На работу иди!
— Я?! — Клава поперхнулась чаем.
— А кто? Я что-ли? — удивился муж. — Я зарабатываю между прочим, а ты дома сидишь.
— И это ты называешь нормальной работой?! — возмутилась Клава.
— Забыла, на чьи деньги живёшь уже целый год? — недобро прищурился Славик. — Как тратить, так не возмущалась, и работа моя тебе казалась нормальной. Пора уже тебе зарабатывать самой, хватит на шее сидеть.
— Я не могу работать! Малышу ещё года нет! Даже в ясли ещё не возьмут.
— А бабушки на что? Мама твоя? Помогла бы хоть молодой семье. Наверное, она тебе и напела про меня, доченьку свою защищает, тунеядку. Все бабы одинаковы, лишь бы на шею сесть, — невозмутимо заявил Славик.
Клава задохнулась от возмущения и не нашла, что сказать. Желание было треснуть этого самодовольного Славика чем-нибудь тяжёлым! Клава даже инстинктивно оглянулась вокруг с целью это тяжёлое найти. Но тут заплакал малыш, и женщина поспешила к нему из кухни в комнату.
Славик остался сидеть за столом и, как ни в чём не бывало, продолжал пить чай, лениво просматривая что-то на своём телефоне. Он без всяких эмоций посмотрел вслед жене, которая поспешила к плачущему малышу, сыну. Его сыну. Ну и что? Его это никак не трогало.
— Это всё бабские дела, не мужские, — бубнил себе под нос Славик, усаживаясь за ноутбук получасом позже. — Буду я ещё за малышом бегать! Я деньги зарабатываю, содержу семью. А она только тратить умеет… Так… Что тут у нас сегодня?..
Славик бубнил и ругался тихонько на Клаву, включая ноутбук и открывая нужные программы. Он недовольно поморщился от того, что утреннее солнце через окно комнаты вдруг выглянуло из-за облаков и засветило прямо в экран.
— Ничего не видно! Надо новый ноут покупать! Экран блёклый. Сижу тут, глаза ломаю, ради неё и ребёнка! А никто не ценит, — проворчал Славик. Едва нужная программа открылась, он тут же погрузился в процесс и ничего больше не говорил. Вид у него при этом был совершенно безумный. Клаве всегда становилось не по себе, когда она видела мужа за «работой»…
***
— Мама! Он работает на компьютере, зарабатывает большие деньги, — заявляла Клава матери, Полине Романовне, когда ещё только начала встречаться со Славиком.
— Чего же он такое делает-то, не пойму, что так хорошо платят, — недоумевала Полина Романовна.
— Он ведёт несколько проектов, — гордо отвечала Клава.
— Молодец, конечно… Но… Всё это так ненадёжно, дочка! Лучше бы ему нормальную работу найти.
— Мам. У нас любовь. Настоящая. Всё будет хорошо. В крайнем случае, я ведь тоже работаю, не волнуйся за нас, — улыбнулась Клава и обняла мать. — Мы уже подали заявление. Через месяц свадьба.
Мать изумлённо посмотрела на Клаву и подумала о том, что дочь уж слишком торопится начать семейную жизнь с этим Славиком. Самой Полине Романовне парень показался каким-то мутным и скрытным. Но красивым, да. И фигура, и лицо. Породистое такое, модельная внешность, как с картинки.
