Ужин в пятницу. Гречка с котлетами, простой салат из помидоров. Рома листал новости на телефоне, я рассказывала про презентацию, которую завтра должна была показать директору.
— Кстати, — он отложил телефон и посмотрел на меня. — Мы с мамой тут подумали. У тебя теперь зарплата хорошая, а им капремонт нужен срочно. Прорвало трубу на кухне, соседей затопили.
Я перестала жевать.
— В смысле подумали?
— Ну, твоя зарплата теперь больше моей в два раза. Тебе несложно будет помочь. А мама уже мастеров нашла — сантехника поменять, кафель положить. Я подсчитал, тысяч двести выйдет.
— Подожди, — я поставила вилку. — Ты говоришь, что вы решили тратить мою зарплату на ремонт в квартире твоих родителей?
— Алин, ну что ты так? — Рома нахмурился. — Мы же семья. Это мои родители, значит, и твои. А ты сама всегда говоришь — надо помогать старшим.
— Помогать — да. Но когда я сама решаю помочь. А не когда за меня решают.
— Да брось ты, — он махнул рукой. — Деньги же общие у нас.
— Общие? — я почувствовала, как внутри что-то сжимается. — Рома, а когда мы обсуждали, что деньги общие? Когда принимали это решение?
— Ну как когда? Мы же муж и жена.
— И что, теперь я должна отчитываться перед твоей мамой за каждую потраченную копейку?
Рома покраснел.
— Ты преувеличиваешь. Мама просто попросила помочь. Через меня. Это нормально.
— Нормально было бы прийти и спросить меня напрямую. А не решать за меня с кем-то третьим.
— Алина, ты сейчас из-за денег ссоришься с семьей?
Вот оно. Классическая манипуляция. Переворачивание с ног на голову. Не он нарушил границы, а я «ссорюсь из-за денег».
— Я не ссорюсь из-за денег, — сказала я медленно. — Я возмущена тем, что мой муж принимает решения о моих деньгах без меня.
— Твоих? — он вскинул брови. — А квартира чья? А коммуналка чья? Я что, не плачу за наш быт?
— Плати. И я тоже плачу. Но повышение получила я. И право решать, на что тратить прибавку, тоже мое.
Рома откинулся на спинку стула.
— Знаешь что, поговорим завтра. Ты сейчас на эмоциях.
Он встал из-за стола и ушел в комнату. Я осталась сидеть над остывшей гречкой, чувствуя, как рушится что-то важное внутри меня.
Утром Рома ушел на работу, не попрощавшись. Я весь день думала о нашем разговоре. Вечером позвонила подруге Кате.
— Он серьезно? — возмутилась она. — Алин, это же твои деньги! Ты их заработала!
— Но мы же семья…
— Семья — это когда решения принимают вместе. А не когда один решает за другого. Особенно с тещей в довесок.
На следующий день я записалась к семейному психологу. Нужно было понять, схожу ли я с ума или действительно происходит что-то неправильное.
— Финансовые границы в браке — это основа уважения, — объяснила психолог. — Даже если супруги ведут общий бюджет, крупные траты должны согласовываться. А решения о помощи родственникам — тем более.
— Но я же действительно зарабатываю теперь больше…
— И что? Это ваше совместное достижение или только ваше?
