— Анечка, ты даже представить не можешь, в какую я попала ситуацию, — голос Людмилы Петровны в телефонной трубке дрожал так убедительно, что Анна невольно сжала телефон крепче.
Это был уже третий такой звонок за неделю. С каждым звонком рассказ свекрови обрастал новыми зловещими деталями, как сюжет захудалого сериала.
— И что теперь стряслось? — спросила Анна, сохраняя ровный тон, хотя в животе уже скручивался тугой узел тревоги.
— Представляешь, эти ужасные коллекторы… — свекровь выдержала театральную паузу, шумно втянув воздух. — Уже угрожают описать всё до последней ложки к выходным.
А Игорь со своим проектом и так на взводе… Не могу его беспокоить. Только ты можешь помочь, Анечка.
Анна машинально закусила губу.
И вот теперь, слушая прерывистое дыхание свекрови, Анна чувствовала, как сомнения переплетаются с беспокойством. Что-то в этой истории не складывалось: долги возникли внезапно, а детали постоянно менялись.
— Сколько вам нужно? — спросила она прямо.
Людмила Петровна шумно выдохнула.
— Девяносто тысяч до конца недели. Потом я всё верну, обещаю. Просто сейчас нужно срочно закрыть этот ужасный долг.
Анна невольно напряглась. Девяносто тысяч — это почти все их с Игорем сбережения на летний отпуск. Деньги, которые они откладывали.
— Мне нужно посоветоваться с Игорем, — сказала она.
— Нет! — голос свекрови стал резким. — Игорь и так загружен на работе. Зачем ему лишние переживания? Я просто хотела занять на время. Но если не можешь — забудь. Справлюсь как-нибудь сама…
Вечером Игорь вернулся домой измотанный и хмурый. Анна накрыла на стол и украдкой наблюдала за мужем.
— Всё нормально? — спросила она, подавая ужин.
— Обычный день, ничего особенного, — он слабо улыбнулся. — А у тебя?
Анна замешкалась. Рассказать о звонке его матери? Но она обещала молчать…
— Ты очень устал?
— Есть немного. Этот проект выматывает все силы, — Игорь потёр виски. — Начальство требует результаты к концу месяца.
На телефон Анны пришло сообщение. Она взглянула на экран — Людмила Петровна: «Анечка, если решишь помочь, умоляю, никому ни слова. Это будет нашим секретом. Я так боюсь, что отберут квартиру…»
Что-то сжалось внутри. Мысль о том, что мать Игоря может лишиться жилья, казалась невыносимой.
На следующее утро, когда муж ушёл на работу, Анна открыла банковское приложение. Девяносто тысяч — почти вся сумма, отложенная на отпуск. Палец завис над кнопкой «Перевести».
Телефон снова завибрировал. «Прости за вчерашнее, дорогая. Я в полном отчаянии. Мне так стыдно и страшно».
Анна глубоко вздохнула и нажала кнопку. Деньги ушли.
— Спасибо, доченька, — прошептала в трубку Людмила Петровна через минуту. — Ты мой ангел-хранитель. Только не говори Игорю, ладно? Я сама всё объясню, когда верну.
Дни потянулись в странном напряжении. Людмила Петровна перестала звонить каждый день. Теперь она отвечала коротко: «Всё решается», «Нужно немного подождать».
