— А что такого? — заметила Оля, сделав вид, что удивлена. — У нас разные счета. Ты заботишься о себе, а я о себе и своих друзьях.
— Ты меня унизила при моей же сестре, при шурине ты…
— Не кипятись, — ответила она. — Ты сам предложил такие условия. Хотя, с другой стороны, ты мог бы заплатить за мой счёт. В конце концов, это мой день рождения!
Кирилл сразу же замолчал, но его мысли ещё долго мучили его.
📖 Также читайте: — Мам, тут какой-то мужик с ватной бородой! — послышался недовольный голос старшей девочки. Всё изменилось чуть позже.
И опять Оля вспомнила свою подругу Вику, её мужа, дочку и их финансовую систему, а точнее, отсутствие таковой. Через месяц Оля прошла новую аттестацию, её утвердили на новую должность, перевели на другой этаж и снова повысили оклад. Она была в восторге! Теперь могла позволить себе заменить старый телевизор на новый, даже купила музыкальный центр, а немного заняв у своего брата, приобрела кровать.
Придя вечером, её встретил недовольный Кирилл.
— А почему ужин не готов? — спросил он с раздражения.
Ему очень понравилось, что жена сделала обновки в квартире, но его волновало другое: почему действительно не готов ужин?
— Я уже поужинала по пути, — ответила Оля, снимая обувь. — Ходила на лекцию, очень интересно! А завтра пойду в бассейн, так что меня не потеряй.
Кирилл выпрямился, его грудь выпятилась вперёд.
— Жена должна заботиться о муже, — сказал он с претензией.
— Это как так? — удивилась Оля.
— Ну, очень просто, как у твоих родителей, теща готовит ужин, — продолжал Кирилл.
— У мамы с папой счета не разделены, — ответила она, — у них семья.
— И у нас семья, — тут же добавил Кирилл.
Не ответив мужу, Оля пошла переодеваться. Через минуту в спальню вошёл Кирилл.
— А почему мои вещи грязные? — недовольно спросил он.
Не спеша, Оля повесила блузку, одела футболку и только после этого ответила:
— Когда сломалась стиральная машинка, ты отказался дать деньги на ремонт. Поэтому сейчас на ней стираю только я, а ты свои вещи можешь отдать в химчистку.
— Ты что, офигела? — Кирилл захлопал ресницами, как будто в его глаза попал песок.
— Нет, милый, — быстро ответила Оля. — Ты сам сказал, что наши счета раздельные. Я оплатила стиралку, и я ей пользуюсь. А вообще-то, это стиралка моего дедушки, ты к ней никакого отношения не имеешь.
За весь вечер Кирилл больше не сказал ни слова, он молча почистил картошку, пожарил её и всё съел.
Ещё месяц назад Оля предложила ему пересмотреть финансовые условия, уж как-то всё выходило сухо. Она тянула дом, да квартплату делили пополам, но всё остальное лежало на ней: и продукты питания, и ремонт, и мебель. Она предлагала мужу взять что-то на себя, но он с детским упорством сопротивлялся и требовал придерживаться их первичных договорённостей.
* * *
Утром Оля оделась и уже направилась в коридор, как её остановил Кирилл.
— А где глаженные рубашки? — спросил он с налётом недовольства.
— Я их не гладила, — сняв с плечика плащ, ответила Оля.
— Почему?
