К этому моменту Маргарита уже оделась, посмотрела на свою свекровь и, ткнув в её сторону пальцем, крикнула:
— Воришка!
— Что ты себе позволяешь, девка! Деньги тратишь на себя, а про семью забыла! Надо же, раскудахталась! Мы хотели как лучше, ведь тебе всё равно же надо идти за продуктами. И что ты устроила, сделала из нас посмешище!
— Ты представляешь, как это выглядело по-идиотски? Мы стоим на кассе, а карта не работает!
— Я заблокировала её, потому что она моя, а твоя мать своровала её. И более того, ты это знал, и, думаю, даже ты ей это предложил сделать. Отвратительно, я не ожидала от тебя такой подлости!
— Да пошла ты к чёрту! — заорал Борис, и его тут же поддержала мать:
— Не нравится — катись на все четыре стороны! Девок много, найдётся более умная.
— Или сговорчивая, — дополнила Маргарита. — Я не понимаю, как ты так мог поступить, Борис, это же действительно подло! Мало того что почти вся моя зарплата уходила на содержание квартиры, так ты ещё решил воровать!
— Вот не начинай…
— Значит, по-твоему, это норма, когда можно рыться в моей сумочке, брать мою карту и списывать деньги? Для тебя это норма?
— Да не обижайся, ты бы всё равно пошла в магазин, а так тебе хотели сделать одолжение.
— Вор, — с горечью в голосе произнесла Маргарита. Она обошла стороной своего мужа, холодно посмотрела на свекровь, которая молча ждала, чем всё это закончится.
— Ты что, уходишь? — увидев, что невестка надела туфли, спросила Полина Олеговна.
— Я не хочу в этом доме находиться, где меня пытаются использовать, где со мной не считаются, где меня каждый раз унижают, но зато так много говорят о любви и каком-то чёртовом уважении!
— Топай, топай, — хмыкнув, произнесла свекровь.
— Подожди, Маргарит, ну не сердись так сильно, что здесь такого…
— Я в тебе разочаровалась. Я верила тебе, любила, доверяла, но ты воспользовался мной.
Взяв в руки плащ, Маргарита открыла дверь. Она ещё надеялась, что Борис её обнимет, извинится и попросит не уходить, но он молчал, оглушительно молчал, лишь только чавкала его мать, словно смакуя каждую секунду этой драмы.
Выйдя на площадку, Маргарита закрыла за собой дверь.
«Да пошли вы к чёрту!» — пробубнила она и стала медленно спускаться по лестнице. Ту ночь она перекантовалась у своей подруги Оксаны, которая вместо того, чтобы дать ей отдохнуть и хоть немного посочувствовать, только и делала, что зудела, будто Маргарита сама была виновата в том, что произошло у неё в доме.
На следующий день она сходила в банк и получила новую карту, однако найти сразу же аренду ей не удалось. Пришлось выйти на работу, а вечером её приютила Нина, с которой она закончила институт и теперь вместе работала.
— Не расстраивайся, может, это и к лучшему, — сказала Нина.
— Чего уж к лучшему? — с обидой в голосе спросила её Маргарита.
— А если бы ты забеременела да ещё родила, куда бы ты тогда?
