— Двадцать тысяч, Стёпа! — Нина всплеснула руками. — Это не «немного»! Это наши продукты на две недели, это кружки для девочек, это часть платежа по ипотеке!
— Но ведь от чего-то наверняка мы сможем отказаться…
— От чего, Степа? Мы и так ничего себе не позволяем лишнего. Девочки одна за другой одежду донашивают, хорошо, хоть все дочки у нас. На море ездим — и то не каждый год, отдыхаем в частном секторе, до моря полчаса пешего хода, я сама готовлю, никакого тебе общепита, мороженое детям по одной порции в день, вот и вся роскошь… Куда скромнее? Проще вообще не ездить, зато мама твоя собачку себе купит!
— Да что ты всё о собаке? Далась тебе эта собачка! Ну, хочет она собаку завести, давно мечтала. Пожилым людям даже врачи рекомендуют ухаживать за животными, прогулки там и всякое такое…
— Стёпа, я кручу-верчу каждую копейку, а твоя мама решает завести собачку, чтобы жить в своё удовольствие, и для этого напрягает нас, потому что на пенсию собаку содержать сложно, а работать она «больше не может»!
— Ну, а что ей делать? На пенсию действительно не проживёшь…
— А остальные пенсионеры как-то живут. Кто-то подрабатывает, кто-то просто ужимается. А твоя мама решила, что единственный выход — это ты. А точнее, мы. Стёпа, она ведь даже не спросила, можем ли мы себе позволить помогать ей в таком размере, она просто поставила тебя перед фактом!
Ну, я ещё бы поняла, попроси она пять тысяч! Но требовать у сына двадцать тысяч ежемесячно при ипотеке, трёх детях и неработающей жене? Я тебе знаешь что скажу? Анна Николаевна широко губу раскатала, придётся ей машинку губозакаточную подарить. Она всё нас упрекает, что мол, бабушкину квартиру тебе подарила, а могла бы сдавать внаём и жить припеваючи. Но так выходит, не подарила, а в рассрочку продала, раз теперь проценты с тебя требует!
В этот момент зазвонил телефон. Степан посмотрел на экран — звонила мама. Он нажал кнопку соединения и включил громкую связь.
— Стёпа, сынок, ну что, поговорил с Ниночкой? — раздался бодрый голос Анны Николаевны.
— Мама, тут такое дело… — Степан замялся. — Мы с Ниной обсудили, и… У нас сейчас непростая ситуация. Деньги на исходе, ипотека, дети… Может, ты попробуешь как-то справляться сама?
— Справляться? — переспросила свекровь, и в её голосе послышалось недоумение. — Сынок, дорогой, но я же тебе говорила! Я работала всю жизнь, а теперь хочу отдохнуть. На даче буду жить, свежим воздухом дышать, ягоды собирать, грибы солить. Хотела собачку маленькую завести, чтоб было с кем гулять в парке… Ведь я столько лет трудилась, мне тоже хочется спокойной жизни.
— Мама, но ведь жить на даче — это тоже расходы. Дрова, еда, транспорт… — осторожно заметил Степан.
— Да проживу как-нибудь! — беспечно махнула рукой Анна Николаевна. — Главное, что не на работе горбатиться. А деньги, ну… Ты же мой сын, ты должен понимать, что помочь матери — это не прихоть, а обязанность!
Нина молча слушала этот монолог, прикусив губу. Степан покосился на неё и понял, что жена едва сдерживается. Он тяжело вздохнул.
