«Да почему все за Игоря?» — вспылила Лариса. — «Почему все считают, что я должна жертвовать своим комфортом, своими планами ради ребенка, которого даже не знаю? Мы с Игорем женаты всего три года! У нас даже общего бюджета нет, мы только начали строить отношения! А теперь всё это…»
«Лар, но ты же понимаешь, что это временно. Мальчику нужно время, чтобы привыкнуть, чтобы пережить горе. Потом все наладится.»
«А когда это ‘потом’? Через год? Два? Пять? Ему четырнадцать, Марин! До совершеннолетия еще четыре года!»
«Знаешь, я не хочу тебя расстраивать, но похоже, у тебя два пути: либо принять ситуацию, либо… расстаться с Игорем.»
«Ты серьезно? Бросить мужа, которого я люблю, из-за ребенка?»
«А что ты предлагаешь? Заставить Игоря выбирать между тобой и сыном? Он мужчина, Лар. Он никогда не бросит своего ребенка ради женщины.»
Лариса молчала. Гадать, что выберет Игорь — жену или сына, — было страшно. Но что-то подсказывало, что Марина права.
Лариса как раз доставала из духовки курицу с картошкой, когда услышала, как хлопнула входная дверь. По звуку шагов она поняла — это Денис.
«Привет,» — она выглянула из кухни. — «Как школа?»
Денис стоял в коридоре, держась за стену. На его светлой рубашке расплывалось темное пятно, а на скуле наливался синяк.
«Что случилось?» — ахнула Лариса, подбегая к нему.
«Ничего,» — буркнул подросток, отстраняясь. — «Всё нормально.»
«Какое ‘нормально’? Ты в крови весь! Кто это сделал?»
Лариса вздохнула. Опять эта стена отчуждения.
«Слушай, я не враг тебе. Давай хотя бы промоем рану.»
Денис неохотно пошел за ней в ванную. Пока Лариса смачивала вату перекисью, он стоял, глядя в пол.
«В новой школе всегда тяжело, да?» — осторожно спросила она, промокая ссадину на его скуле.
«Им просто нужно было кого-то выбрать. Новенький — идеальная цель.»
«Ты сказал учителям?»
Денис посмотрел на нее как на сумасшедшую.
«Конечно, нет. Я не стукач.»
«Стукач?» — Лариса невольно улыбнулась. — «Это не стукачество — защищать себя.»
«Это только хуже сделает.»
Они вернулись на кухню. Лариса поставила перед Денисом тарелку с курицей и картошкой.
Он посмотрел на еду, потом на нее.
Они ели молча. Лариса украдкой рассматривала мальчика. В профиль он немного напоминал Игоря — те же густые брови, тот же разрез глаз. Наверное, в детстве он был похож на отца больше.
«А как… как мама… готовила?» — наконец решилась она на вопрос.
Денис замер, вилка застыла на полпути ко рту.
«По-другому,» — наконец сказал он. — «Она не любила возиться с готовкой. Обычно что-нибудь быстрое.»
«Пиццу,» — пожал плечами Денис.
«Все подростки любят пиццу,» — улыбнулась Лариса.
«А ты?» — вдруг спросил мальчик. — «Что ты любишь?»
Вопрос застал ее врасплох.
«Я? Ну… я люблю морепродукты. Креветки, кальмары. Пасту с морепродуктами — это моя слабость.»
Денис кивнул, снова уткнувшись в тарелку.
«Не говори папе,» — вдруг сказал он, не поднимая глаз. — «Про школу. Он будет переживать.»
«Но он должен знать. Он твой отец.»
