— Послушай меня, сват! — Светлана Михайловна тоже глотку имела луженую, да рот открывать не стеснялась. — Значит, Гришечка ущемился в тещиной квартирке жить, а Никита в твоей квартире нормально себя чувствует? Свои же доводы переверни! Или ты думаешь, что только Гриша — человек, а остальные массовка бесчувственная?
— Михална, а ты не перевирай! Твой Никита ни словечком не обмолвился!
— Так и Гриша ни полслова не сказал! Это ты тут воду мутишь!
— Я для сына своего стараюсь! — взревел Петр Андреевич.
— А я для своего! — прокричала Светлана Михайловна. — И мой сын не хуже твоего!
— Михална! — чуть понизив тон, сказал Петр Андреевич. — А что это ты на квартире-то определилась? Тебя для счастья молодых ее жалко?
— Так и ты не крохоборничай! Или хитрости полные карманы насобирал? — Светлана Михайловна лукаво улыбнулась. — Последнее мое слово, перепишу на Гришу в тот же момент, что ты на Никиту перепишешь!
Петр Андреевич стоял перед сватьей и хватал воздух ртом, как карась на берегу. Все доводы его оборачивались против него.
— Ах, ты ж, вероломная! — сказал он, в конце концов. — Вот, значит, ты как? И вот после всего, что было?
— Сват, не дури голову! — Светлана Михайловна успокаивалась сама и старалась успокоить почти родственника. — Если в тебе жадность взыграла, чтобы и свою квартиру при себе оставить, так еще и ту, что я детям дала, в свою семью прибрать, об этом забудь. Не на ту напал!
Петр Андреевич стоял, как оплеванный. Вот так его еще ни разу не окунали головой во все подробности.
— Разговор окончен, — заключила Светлана Михайловна, — надеюсь, все всё поняли?
***
Многие потом удивлялись, почему сват со сватьей, до какого-то момента дружные, стали практически чужими людьми. Не встречались, не беседовали, не организовывали праздники. А встретившись, даже словом не перекидывались.
А Светлана Михайловна пошла к нотариусу и переписала квартиру, где жили Гриша с Лидой, на дочку. А ту, в которой жила с мужем — на Никиту.
— Я долго объясняла ему, — говорила она мужу, — что квартиры надо передать так, чтобы они сами, и Никита, и Лида, не могли эти квартиры продать или подарить. А отписать могли только своим детям.
— И правильно, — кивнул муж Светланы Михайловны, а он был в курсе предложения свата, — так наших детей мы жильем обеспечили. А заодно еще и уберегли от всяких Петров Андреевичей!
— Обидно только, что кошелек развалил такие добрые отношения, — проговорила Светлана Михайловна и тяжело вздохнула. — А были бы они такими, если б кошелек проявился раньше…
Любовь неземная, кошелька не касаясь…
Автор: Захаренко Виталий
