— Ты это серьёзно? — еле выдавил он.
— Серьёзнее некуда. Мне надоело чувствовать себя прислугой. А если ты действительно считаешь, что раз приносишь деньги, то имеешь право жить в беспорядке и указывать мне, что делать, — тогда я не вижу смысла дальше что-то обсуждать.
Слова прозвучали жёстко, но ещё более тяжёлой оказалась тишина, которая повисла после. Сергей выглядел растерянным. Он в самом деле не ожидал, что Ольга, обычно спокойная и терпеливая, пойдёт на такие жёсткие меры.
Минут через десять он, стараясь сохранить остатки достоинства, позвонил своему приятелю:
— Слышь, Саня, можно я у тебя переночую? У нас тут… временные сложности.
На том конце что-то ответили, но Сергей поморщился и вдруг понял, что и у друга семья, дети. Вряд ли там обрадуются гостю, который ещё и с пакетами вещей заявится.
— Ладно, — бросил он и повесил трубку. Посмотрел на жену. — Ты хоть понимаешь, что перегнула палку?
— Я долго терпела. Теперь твоя очередь понять, каково это — когда тебя не уважают.
Он опустил голову и прошёл в комнату. Чуть позже Ольга осторожно заглянула и увидела, как он аккуратно перебирает свои вещи, складывая их в стопки. Похоже, до него начинало доходить, что всё не так смешно, как он привык считать.
На следующий день в квартиру внезапно явилась Татьяна Борисовна:
— Здравствуйте, дети, — сказала она, пройдя на кухню. — Я тут поговорить пришла. Сереж, ты правда думаешь, что можно жить, свалив всё на жену? Неужели тебе не стыдно?
Сергей тяжело вздохнул. Он понял, что его «позиция кормильца» не выдерживает никакой критики, особенно когда мать жены смотрит на него как на провинившегося ученика.
— Татьяна Борисовна, я… — он замялся. — Понимаю, что неправ. Просто привык, что за мной всегда кто-то приберёт. Я ведь не со зла. Да и на работе нервы, усталость…
— У Оли тоже работа и усталость, — вмешалась мать. — Но ты ж не думаешь, что ей кто-то помогает? Ты для неё — самый близкий человек. Ты должен вместе с ней нести ответственность за семейный уют, а не требовать, чтоб она всё делала одна.
Сергей выглядел так, будто под этими словами его окончательно «дожали». Он обречённо опустил плечи.
Позже, когда Татьяна Борисовна ушла, Сергей осторожно подошёл к жене, которая мыла пол в коридоре:
— Оль, извини. Я вёл себя, как последний… — он на секунду умолк, и по тону было ясно, что ему нелегко говорить. — Я обещаю исправиться, правда. Мне просто надо привыкнуть к мысли, что совместный труд — это нормально. И мне стыдно, что ты вынуждена учить меня таким очевидным вещам.
— Будем считать, что это начало, — ответила Ольга, отставив ведро. — Я не говорю, что мне нужно идеальное соблюдение порядка. Но элементарное уважение к моему труду — это не то, о чём я готова спорить. Ладно, давай делать всё вместе. С чего начнём?
Он вздохнул, подошёл к пакету со своей «коллекцией» и взял самый верхний кусочек бумаги:
— Думаю, настало время избавиться от этого мусора. Да и порядок давно пора навести. Может, и жить станет легче.
