Марина молча стояла и смотрела на свекровь, которая перебирала её вещи, словно это был её собственный гардероб.
— Нина Павловна, сложите всё на место, пожалуйста, — наконец сказала она.
— Ой, ну зачем ты так остро реагируешь? Я же для твоего же блага, — возразила та.
— Моё благо — это чтобы мои вещи оставались там, где я их оставила, — ответила Марина, чувствуя, как голос срывается.
— Вот она молодёжь. Никакой благодарности за помощь, — пробурчала свекровь, но продолжила копаться в вещах.
Вечером, когда Андрей всё-таки пришёл домой, Марина попыталась обсудить ситуацию.
— Андрей, поговори, пожалуйста, с мамой. Она переходит все границы, — сказала она, стараясь держаться спокойно.
— Мариш, ты преувеличиваешь. Ну что такого? Она просто хочет помочь.
— Андрей, она вытащила все мои вещи из шкафа и пытается выбросить мою одежду! — её голос сорвался.
— Может, она права? Ты давно эти блузки носила? — Андрей старался говорить шутливым тоном, но это только разозлило Марину ещё больше.
— Ты серьёзно сейчас? Андрей, это мой дом, мои вещи, моя жизнь! Почему я должна это объяснять?
— Ладно, ладно, я поговорю с ней, — отмахнулся он и ушёл в другую комнату, даже не пытаясь продолжить разговор.
На следующий день произошёл окончательный взрыв. Марина пришла с работы и обнаружила, что её любимая коробка с семейными фотографиями стоит на полу в прихожей.
— Что это? — спросила она Нину Павловну, которая сидела за столом с вязанием.
— А, это я перебирала ваши альбомы. Ты знаешь, сколько у вас лишнего? Эти старые снимки… Ну кто их будет смотреть?
— Эти «старые снимки» — это фотографии моих родителей! — голос Марины дрогнул, но в нём звучала настоящая злость.
— Мариша, ну зачем ты так? Я же хотела, чтобы всё выглядело аккуратнее.
— Нина Павловна, хватит. Просто хватит. Вы не имеете права трогать мои вещи. Это мой дом. Если вам что-то не нравится, вы можете вернуться домой, — Марина говорила чётко, не повышая голос, но каждое слово звучало как удар.
Нина Павловна отложила вязание и поднялась.
— Я думала, мы с тобой подружимся. А ты такая… — она не закончила, но было видно, что её задело.
— Я просто хочу, чтобы вы уважали мои границы, — ответила Марина.
Свекровь молча вышла из комнаты, оставив её одну.
Марина долго сидела на кухне, пытаясь успокоиться. Она знала, что поступила правильно, но чувство вины всё равно накатывало.
«Может, я была слишком резкой?» — подумала она. Но потом вспомнила гору своих вещей на кровати и коробку с фотографиями. Нет, она сделала всё правильно.
На следующий день Нина Павловна принесла ей букет цветов и торт.
— Это тебе, Мариша, — тихо сказала она. — Я, кажется, перегнула палку. Ты хорошая хозяйка, извини меня.
Марина удивилась, но приняла жест.
— Спасибо, Нина Павловна. Давайте жить мирно?
— Давай, — улыбнулась свекровь.
Примирение На следующий день Нина Павловна удивила Марину. Она принесла из магазина огромный букет цветов и торт.
— Это тебе, Мариша, — тихо сказала она. — Я, кажется, перегнула палку. Ты хорошая хозяйка.
