— Но я тоже этого хочу! Я хочу родить ребенка, — заявила Алёна. — И я тебя прекрасно понимаю! Но не понимаю, как ты могла подумать, что ради твоего малыша, я должна буду избавиться от своего?! Что за жестокий выбор? Мне почти тридцать. Мы с Вадимом хотим ещё детей, но ты, мама! Зачем тебе это? Мы родим тебе внука или внучку. Разве это не будет для тебя счастьем?
— Я на тебя рассчитывала, на твою помощь, — повторила мать. — А ты оказалась эгоисткой! Я всем пожертвовала ради тебя, своей личной жизнью, временем, а ты не хочешь мне помочь. Я не справлюсь одна! Как несправедливо…
Мать тихо разрыдалась, закрыв лицо руками. Люди, сидящие за соседними столиками, начали с любопытством оглядываться на них.
Алёна посмотрела на мать, грустно вздохнула и молча поднялась из-за стола. Она вышла из кафе на улицу и пошла быстрым шагом по направлению к автобусной остановке. Алёна очень хотела, как можно скорее приехать домой и, уткнувшись в подушку, разрыдаться. Было очень, очень обидно и тяжело на душе.
«Можешь приехать?» — это сообщение от матери застало Алёну врасплох. Женщина была уже на третьем месяце беременности, прерывать которую по просьбе матери, категорически отказалась.
С того дня они не общались. И вдруг пришло это короткое сообщение. Не зная, чего и ждать, Алёна отправилась к матери.
Едва Виола открыла дверь, она разрыдалась.
— Замершая беременность… Одиннадцать недель. Бог решил иначе, чем я хотела… Я потеряла ребёнка… — тихо произнесла мать Алёны, справившись с рыданиями.
— Мама… Даже не знаю, что сказать… — Алёна сама была примерно на таком же сроке и понимала чувства матери.
Она подошла к ней и обняла крепко-крепко.
— Прости меня, дочь… — сказала Виола. — Не стоило мне тебе тогда предлагать такое… Наверное поэтому Бог меня и наказал.
— Мама, Бог никого не наказывает! Мы сами себя наказываем, а потом мучаемся, — тихо произнесла Алёна.
— Прости меня, прости… Я была, как одержимая этой беременностью! Я так мечтала, так хотела! И вот… — Виола рыдала, уткнувшись в плечо дочери.
— Алёнка! Это же вылитый мой папа, твой дедушка Владислав, смотри, и глаза, и рот его, и брови! — взволнованно проговорила мама Алёны, как только увидела новорожденного внука, когда вместе с зятем Вадимом встречала её из роддома. — Можно я его подержу?
Алёна бережно передала матери сына, завернутого в голубую пелёнку. Малыш умильно морщил носик, собираясь заплакать. Виола держала внука и не могла наглядеться на него. Счастье буквально затопило её.
Ей вдруг стало нестерпимо грустно от того, что она снова вспомнила про свою несостоявшуюся беременность. Буквально каждый день она думала о не родившимся малыше, считала дни, сколько оставалось бы до родов, представляла, как бы она была счастлива…
— Не грусти, мама, пожалуйста, — попросила Алёна, погладив мать по плечу. Она конечно же, поняла, о чём подумала мать, когда в её глазах блеснули слёзы.
— Не буду, — пообещала Виола. — Я же теперь бабушка, на мне лежит большая ответственность.
