— Мама, хватит уже об этом, успокойся!
— Да как успокоиться, все знакомые надо мной смеются! — заявила Тамара Николаевна.
— А вот это уже нарушение личных границ! Так и скажи им! — сердито проговорила Надя и подошла к кофемашине, чтобы сделать себе кофе.
— И кофе ты слишком много пьёшь, — не упустила случая укорить дочь, Тамара Николаевна. — Разве так можно? Это ж какой организм выдержит?!
— Ладно… Молчу… Поступай, как знаешь, — грустно проговорила Тамара Николаевна и отвернулась к окну. Она молча смотрела на то, как качается от ветра старая липа, растущая во дворе дома.
Ещё, будучи маленькой девочкой, она часто смотрела на это дерево, прижав нос к оконному стеклу, и думала о чем-нибудь, мечтала. Тогда дерево, конечно, было совсем маленькое, а теперь доросло до самой крыши пятиэтажки. Здесь прошло детство Тамары Николаевны.
Квартира, в которой они находились, была на пятом этаже и принадлежала Наде. А до недавнего времени эта жилплощадь принадлежала матери Тамары Николаевны, Зое Ивановне. Та и завещала квартиру своей единственной внучке.
К тому времени как не стало матери, Тамара Николаевна уже овдовела. Утрату двух родных людей женщина переживала тяжело. Успокаивала себя одной лишь мыслью о том, что у неё есть дочь Надя. К тому времени девочка уже совсем выросла, окончила школу и поступила в вуз. Надя была молодец, Тамара Николаевна ею гордилась.
После окончания вуза Надя поселилась одна в квартире бабушки Зои Ивановны, как и было ею завещано. Вскоре девушка вышла замуж за молодого человека по имени Эдуард и они стали там жить вместе.
Тамара Николаевна одобрила выбор дочери, Эдуард ей понравился. Спокойный рассудительный парень. Серьёзный, целеустремлённый, надёжный.
Тамара Николаевна вскоре вышла на пенсию. Работать не перестала, а просто сменила род деятельности. Устроилась уборщицей в детский клуб, пять дней в неделю вечером по два часа, её это устраивало.
— Я о будущем думаю, — говорила Тамара Николаевна своей подруге Ольге. — Надюша замуж вышла, скоро дети пойдут, надо будет помогать, вот я и буду на подхвате, где с ребёнком посидеть, где в поликлинику сводить. Хотя, кто знает, может и вовсе в декрет сяду…
При этих словах Тамара Николаевна смущённо засмеялась и подумала о том, что было бы неплохо посидеть в декрете. Она очень любила детей, особенно малышей, и хорошо с ними ладила. Возможность проводить с детьми много времени не пугала её.
— Конечно, сядешь, — поддакнула Ольга, ловко накидывая на спицу петлю. Она никогда не прекращала вязать, очень ей нравилось это дело. Вот и сейчас, сидя дома, на диване и болтая с подругой, Ольга уже связала половину пинетки для своей крохотной внучки. — Молодые сейчас не очень-то любят с детьми сидеть, всё на работу стремятся. Да и зарплаты у них, не чета нашим, поэтому пусть работают, я мы уж будем тут, на домашнем фронте справляться.
