Калитка была не заперта. Я толкнул её и прошёл по дорожке, усыпанной опавшими листьями. Раньше всегда сам сгребал их по выходным. Интересно, кто будет делать это теперь? Новый хозяин дома? Лиза, которая никогда не держала в руках садовые грабли?
Ирина уже была дома. Стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле. Обычная картина, если бы не напряжённая спина и не подрагивающие плечи. Она знала, что я приду. Ждала.
— Удобно устроилась, — я не стал разуваться, так и прошёл в кухню в уличных ботинках. — Пока я мотался по командировкам, зарабатывая на этот дом, ты тихонько всё переписала на дочь. Браво, Ира. Просто браво.
Она повернулась. На секунду мне показалось, что сейчас заплачет. Но нет — взгляд остался сухим, только губы поджала так, что они превратились в тонкую нитку.
— Не нужно делать из меня злодейку, Лёша. Я действовала в интересах семьи.
— В интересах семьи? — я невесело рассмеялся. — Лишить мужа крыши над головой — это в интересах семьи? Чей это был план — твой или твоего папочки? Он ведь всегда считал, что его дочь сделала ошибку, выйдя за меня.
Ирина вздрогнула, словно я ударил её. Отец всегда был её больным местом.
— Не впутывай сюда папу, — тихо произнесла она. — Это было моё решение.
— Ну конечно! И Лизоньку ты тоже втянула, да? Наверняка наобещала ей золотые горы.
В дверях кухни возникла Лиза. Бледная, с заплаканными глазами. В старой домашней футболке и шортах она выглядела совсем ребёнком, хотя ей уже двадцать два.
— Папа, перестань кричать на маму, — голос у неё дрожал, но смотрела прямо. — Я ничего не знала про дом.
— Ах, не знала? — я снова рассмеялся, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Расскажи эту сказку кому-нибудь другому. Ты не могла не знать. Для регистрации нужны документы, подпись…
— Доверенность, — тихо произнесла Ирина. — У меня была доверенность от Лизы. Она подписала, не читая. Думала, что это для налоговой.
Я застыл, переводя взгляд с жены на дочь и обратно. В голове не укладывалось. Они говорят правду? Или это очередная уловка?
— Вы обе… — слова застревали в горле, — вы предали меня. Собственную семью. Ради чего?
— Папа, — Лиза шагнула ко мне, но я отступил назад.
— Не приближайся! — почти крикнул я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Я думал, между нами… доверие.
Лиза вздрогнула, её глаза наполнились слезами.
— Ты же мой ребёнок, — уже тише добавил я. — Как ты могла?
— Лёша, — Ирина шагнула вперёд, — Лиза правда не знала…
— Тебе я вообще не верю, — оборвал я её. — Двадцать лет… двадцать лет я верил, что у нас семья. А ты планировала, как вышвырнуть меня на улицу.
Я развернулся и направился к выходу. За спиной послышались шаги — Лиза бросилась следом.
— Папа, постой! Давай поговорим, пожалуйста!
Я остановился у двери, не оборачиваясь:
— Наслаждайтесь своим домом. Обе.
И вышел, чувствуя, как щиплет глаза от подступающих слёз.
