— Нет, это ты послушай! — гневно воскликнул мужчина. — Я устал терпеть такое к себе отношение! Ты совершенно не заботишься обо мне! Думаешь только о себе! Я иду к маме! Надумаешь извиниться — звони.
Вероника дернулась, чувствуя, как темнеет в глазах. Комната начала кружиться перед глазами.
— Стас, мне очень плохо…
Но мужчина уже схватил куртку и громко хлопнул дверью. Через пару минут у девушки зазвонил телефон.
— Вероника, что у вас там происходит? — голос свекрови дрожал от возмущения. — Стас сказал, что ты совсем не заботишься о нём! Мой мальчик голодный!
— У меня очень болит живот, — устало ответила Вероника, прижимая телефон к уху свободной рукой. — В холодильнике полно еды. Он мог бы сам что-нибудь приготовить.
— Это не оправдание! — свекровь перешла на крик. — Ты должна заботиться о муже, даже если тебе плохо! Это твоя обязанность!
— Извините, но я так не считаю, —– Вероника старалась говорить спокойно, хотя боль накатывала волнами. В дальнейшем разговоре девушка смысла не видела, поэтому отключилась.
Боль становилась невыносимой. Вероника попыталась встать, но ноги подкосились. Она опустилась на пол, прижавшись спиной к холодной стене. В глазах темнело, а в ушах зазвенело…
Телефон продолжал разрываться от звонков свекрови, но Вероника не собиралась отвечать. Она с трудом набрала номер скорой помощи трясущимися руками.
— Алло, скорая? — голос дрожал от боли и страха. — Мне очень плохо… Живот… Не могу встать… Ключи у соседки…
Диспетчер задала несколько вопросов, уточнила адрес. Через десять минут в квартиру вбежали врачи в белых халатах, за ними семенила крайне встревоженная соседка.
— Где болит? — спросил молодой фельдшер, опускаясь рядом с Вероникой на колени.
— Живот… Болит… Сильно… Не могу дышать…
После осмотра её срочно повезли в больницу. В машине скорой помощи Вероника то теряла сознание, то приходила в себя, слыша только сирены и голоса медиков. Диагноз подтвердился — аппендицит. Нужна была срочная операция.
В это время Стас, сидел за столом в родительской квартире. Он с удовольствием ел суп, не забывая жаловаться на жену. И тут ему позвонила соседка.
— Стас, твоей жене плохо! Её увезли на скорой! — голос соседки дрожал от волнения. — Приезжай немедленно!
Стас метался по коридорам больницы, его лицо выражало не столько беспокойство, сколько раздражение. Белые стены медицинского учреждения давили на него, а запах лекарств вызывал тошноту. Он позвонил матери, и та только раздражённо ответила:
— Ну что ты паникуешь? С ней всё будет хорошо. Сам же сказал, что она симулировала. Скорее всего, хочет привлечь к себе внимание. Не волнуйся.
Вероника лежала в палате после операции. Палата была светлой, с видом на городской парк. Медсестра периодически заходила проверить показатели, тихо ступая по линолеуму.
Утром, когда состояние Вероники стабилизировалось, врач разрешил Стасу навестить её. Он вошёл в палату, но вместо извинений начал возмущаться:
